Книга Служанка для темного повелителя, страница 29 – Влади Солерн

Герхор напрягается, Игнат победно скалится, шелестит накидкой, весь такой тигр, в кустах притаившийся, с торчащей наружу мохнатой попой. Бурчу уныло:

— И почему я ни капли не удивлена? И чё тебе надобно, Черный плащ на минималках?

Игнотяша озадаченно замирает. Не, ну, а чего он ждал? Я, когда на первом ординаре те месяцы сраные с ним бок о бок жила, ни разу не дернулась в его присутствии, так с чего он решил, что я сейчас буду слезки от страха лить? Вообще, справедливости ради, отсутствием инстинкта самосохранения я не страдаю, и булочки таки немного поджались, но это они просто фантомно, помнят, несчастные, прошлую веселую жизнь.

— Совсем осмелела, жёнушка, ― возвращает ухмылку акулы. ― Страх потеряла. А когда-то ты боялась и смотреть на меня.

— Костлявая дева тебе жёнушка. Ещё раз спрашиваю: надо что? ― скрещиваю ладони, упираясь в них подбородком, выставляя напоказ перстеньки, гляжу на посмурневшего бывшего садиста изучающе.

Подурнел он знатно, некогда красавец превратился в настоящее чудовище. Зрачки неравномерные, один глаз почти полностью залит чернотой, другой — мелкая пульсирующая точка. Ужасное зрелище, если честно, но в сравнении с хтоническим жнецом, тьфу, мошка с дырявыми крыльями. Клыки желтые торчат из-за синюшных потресканных губ, скулы впалые, от атлетической фигуры остался один скелет. Носа нет. Если бы не висящие сосульками волосы, то чистый Воландеморт.

В костлявых руках Гнатушки блестит клинок, угрожающе шипит крылатый кот.

— Защитничком обзавелась, подстилка жнецовская, хах. Что шипишь, крыса? Только попробуй морду ко мне сунуть, и останешься без своих жидких усов.

Из горла Трактора раздается утробный вой.

— Трактор, уймись, ― говорю тихо. ― А ты, Самсонов, давай, говори уже, что тебе надо, и проваливай на свой первый ординар, тебе и так на нём недолго осталось, за несанкционированный переход, сам знаешь, что будет, князь, как хлипкую липку ветром, тебя раздерет.

Бывший гадливо усмехается, нависая надо мной.

— А с чего ты взяла, что он несанкционированный?

Откидываюсь на спинку кресла.

— Да кто тебе даст разрешение, гад? Такие вопросы решает только князь.

Игнат вдруг неуловимо резко оказывается у меня за спиной, у горла клинок, блестит подозрительной зеленью. Черт, отравлено. Где там бродит мой хозяин, мать его за ногу⁈ Тянусь к другому перстню, один я-то уже, не будь идиоткой, сразу активировала. А жнеца всё нет.

— Правда? Серьезно? ― шепчет на ухо, змеевидным языком пробуя у мочки воздух на вкус. Фу, гадость. ― Поверишь, если скажу, что князь меня и отправил сюда?

Помимо воли в груди леденеет.

— Ты врешь. Мессор не мог тебе его дать.

— Как видишь, мог, Агла-а-а-ая…

— Я тебе не верю. Повелитель никогда бы не нарушил сделку.

— Повелитель — может быть, и нет, но ты забываешь о том, что он не один князь.

— Кайрокс!

— Аха-ха. Догадалась, наконец. М-м-м, обожаю твой страх. Он такой вкусный… Может быть, догадаешься, зачем он так сделал?

— Откуда мне знать, придурок?

— Ох, вымыть тебе твой грязный рот мылом, а лучше кое-чем другим. Возможно, после того как Кайрокс натешится с тобой, он отдаст тебя мне, ведь ты уже не будешь важна, ты станешь бесполезной, жалкая дрейя, какой и была. И я заберу тебя на нижний ординар, в качестве подстилки для ног в моём новом доме.