Книга Реванш старой девы, или Как спасти репутацию, страница 49 – Дия Семина

— Вот-вот! Это именно наш случай! Мы нашли первое тело, надеемся, что нашли. Нам нужна ваша помощь распознать оно это или нет, опасный он или нет, и главное, как его обезвредить, чтобы он больше не смог перепрыгивать, как блоха с одного человека на другого, — Пётр не выдержал и с большим энтузиазмом, чем нужно поддержал версию Фридриха. Однако про девушек-попаданок промолчал. Дмитрий готов был и по спине стукнуть старшего товарища, если бы тот лишнего сболтнул.

— Не совсем представляю, как остановить цепь событий. Тело может быть вовсе отброшенным, как старая одежда и никакой роли не играть. Но взглянуть нужно. Поедем сейчас, через четыре дня католическое Рождество, не хочу грешить в святой праздник. Сейчас соберу все атрибуты, и вам сделаю обереги, не такие они страшные, всего лишь кресты из деревьев, выросших на святой земле.

Фридрих начал очень быстро что-то доставать из разных ящиков большого чёрного шкафа. Порошки, камни, свечи, стрелы с серебряными наконечниками, большой флакон со святой водой, комментируя, что вода тоже не простая, а со святой земли, внимательно осмотрел все «богатства» сомнительного характера и осторожно сложил в саквояж.

У Дмитрия закрались смутные сомнения, кто-то вообще проверяет деятельность этого божьего человека? Но комментировать не решился. С благодарностью принял простой деревянный крест и положил в нагрудный карман сюртука, как велел пастырь, поближе к сердцу.

Последний атрибут заставил всех нервно сглотнуть. Острый осиновый кол, к сожалению, не поместился в саквояж, его пришлось завернуть в газету и взять в руки Дмитрию. Не сам кол страшен, а тот факт, что его придётся же в кого-то вбивать…

Наконец, полностью экипированный экзорцист произнёс эпичную фразу и показал на выход: «Господа, если эта тварь представляет опасность, то мы её прикончим, ведите!»

И господа повели, к сожалению, на улице уже стемнело, отчего сделалось ещё более страшно идти на странное дело, но никто не посмел выказать даже намёка на малодушие, тем более, что Фридрих, кажется, окончательно проникся идеей обезвредить колдуна.

Ночь тёмная, неприятная, пугающая, однако если нет метели, то уже хорошо, об этом себе под нос проворчал Пётр.

Расселись по каретам и доехали довольно быстро по заснеженным улицам столицы. Со сторожами старого погоста пришлось составить краткий и весьма неприятный разговор, но у Дмитрия нашлось четыре «авторитетных» заявления по пяти рублей на брата. Старший представился Кузьмой, взял лом, лопату и фонарь, проворчал своим «коллегам» о том, чтобы те проследили за картохой в чугунке, и повёл странных господ в центр старого кладбища.

— А что, как родственнички объявятся? Я после что им скажу?

— Скажешь, что замок заржавел, и ты новый повесил. Нам только взглянуть, — Дмитрий не перестаёт давить харизмой.

— Так и скажу. Этот ли, склеп-то? — через несколько минут круг тусклого света выхватил из тьмы склеп из серого мрамора. Типичный мужской «мавзолей», без ангелочков и прочих украшательств.

— А есть где-то высеченная надпись о дате и имени погребения? Может быть, табличка с гравировкой.

— Так, вона на первом ярусе, сейчас не видно, а ежели вот так подсветить, то и можно разобрать: «Строганов А. В. XVII/XII-22»

— Это не дата, для семнадцатого века слишком уж новый, скорее лет сто захоронению, не более, — прошептал Марк.