Книга Кощей. Перезагрузка, страница 43 – Ксения Чепкасова

— Да, бабушка. Хорошо, сделаю, как ты говоришь.

— Не забудь: только не младшая дочь! Погибелью она твоей станет. А вот остальные девицы – будут тебе и спасением, и женами славными.

— Ну, жена мне пока точно не нужна, - засмеялся я, - Надо для себя сначала пожить, терем в ипотеку взять, и только потом уже о жене задумываться. А вот защита от морского царя не помешает. Кстати, бабушка, а кто ты сама такая? Колдунья?

Мало ли что эта бабка замышляет? И почему она вообще такая откровенная со мной?

Старушка в ответ загадочно улыбнулась.

— Может когда-нибудь и узнаешь. Но это будет означать, что мое предостережение было напрасно, и ты повторил мою печальную судьбу. На мне черное проклятье, и я чувствую, что это проклятье может настигнуть и тебя.

Да почему здесь все говорят загадками?! Ни черта не понимаю. Я уже открыл рот, чтобы так и сказать, но бабка вдруг растворилась в воздухе. Как будто ее и не было.

— Эй, бабушка!

Но старуха больше не появлялась. Ну, я уже привык ничему не удивляться. Пожав плечами, я стал дожидаться вечера. Не хочу забивать голову всей этой чушью от Гамаюн, Кощея и непонятной старухи. Мне сейчас надо думать только о златогривом коне. Ведь пока я тут прохлаждаюсь, Серый и Жар-Птица страдают в плену.

Когда солнце наконец село и стало темно, я спрятался в кустах. Специально выбрал такое укрытие, из которого можно было наблюдать за всем берегом.

В полночь я услышал шум крыльев. Это летели двенадцать голубок.

Все случилось в точности, как сказала старуха. Прилетели двенадцать серых голубок, ударились об землю и превратились в прекрасных девушек. Рыженькие, блондинки, темненькие – одна лучше другой. Я устроился поудобнее. Конечно, стыдно подсматривать за девчонками, словно прыщавый подросток с биноклем. Но если бы вы их видели, вы бы меня поняли…

— Ну же, идите купаться, - прошептал я.

Словно услышав мои молитвы, девушки начали раздеваться. Я с улыбкой взглянул на небо:

— О да, спасибо!

И снова перевел взгляд на обнаженных красоток. Они смеялись, подкалывали друг дружку. А затем веселой толпой бросились в воду. Плескались и веселились. А я с трудом сдерживал себя, чтобы не рвануть к ним.

Хотя… А почему бы, собственно, и нет? В худшем случае завизжат, плеснут в меня водой и убегут. А в лучшем… Может их заинтересует Иван-Царевич в полном расцвете сил?

Я уже начал скидывать одежду, когда заметил последнюю – тринадцатую голубку. Белая птичка примчалась с опозданием, ударилась об землю и тоже превратилась в девушку.

Понятно, что произошло дальше. Был пацан и нет пацана…

Я застыл в той позе, в которой был. И перестал слышать плеск и веселый девичий смех. Все как будто перестало существовать. Все, кроме нее.

Стоит ли говорить, как она была прекрасна. Тоненькая, нежная девушка с прекрасным личиком. Длинные золотистые волосы, большие голубые глаза. Звучит так банально. Но как вообще можно описать такую красоту? И было в ней что-то еще. Не знаю даже, что именно. Просто она была другой. И, возможно, что только в моих глазах.

Красавица помахала сестрам и тоже принялась раздеваться. Не знаю почему, но я вдруг покраснел, как школьник. И поспешно отвел глаза. Я спокойно разглядывал остальных девчонок. А тут почему-то не стал.

Зашуршало платье, затем сорочка. Она стояла совсем рядом от куста, в котором я прятался. На минуту девушка задержалась. Наверно, почувствовала, что рядом кто-то есть. Сейчас она повернется, раздвинет кусты. Назовет меня извращенцем и с позором прогонит. И я никогда ее больше не увижу.