Книга Кощей. Перезагрузка, страница 75 – Ксения Чепкасова

Я пришпорил Бурю, и мы бросились в погоню. Нагнали гиганта уже на улице. Я нанес ему несколько ударов мечом и сбил последний символ. От моих атак истукан застыл в тот момент, когда падал. И повалился, словно статуя. При этом послышались сдавленные крики.

Я понял, что он упал на кого-то. Упс…

Из-под глиняной глыбы продолжали раздаваться стоны. Я спешился и бросился на помощь бедолагам. С большим трудом мне удалось слегка сдвинуть застывшего гиганта. Ба! Да это же мои «братцы». Ну, теперь все понятно.

— Опять вы!

Братья выглядели чуть получше блинчика. По ним словно катком прошлись. Вид у них был такой жалкий, что я невольно расхохотался.

— Альгиз! – вскрикнул старший.

Сюрприз? Ааа, Альгиз. И что это такое?

Кое-как поднявшись, он попытался выхватить металлическую руну из моих рук. Но я оттолкнул его и спрятал украшение в карман.

— Отдай! – заверещал старший брат.

— С помощью этой штуки вы оживили истуканов, да? – догадался я, - Ну нет, больше вы эти руны не увидите. И родного царства – тоже. Завтра же велю вас изгнать за очередное покушение.

Второй брат тоже с трудом поднялся на ноги, опираясь на первого. Их лица исказились злобными гримасами.

— Ничего ты не велишь, недоросток! Царь самолично тебя удавит.

— Так это царь вам приказал? – снова догадался я, - И руны небось он дал?

Братья молчали. И теперь уже я сам задрожал от ярости.

— Как же вы меня достали! И царь, и вы. Ну все, напросились!

Я снова вскочил на Бурю и погнал обратно к царскому терему. Сперва я заглянул в конюшню и подобрал четыре оставшихся руны. Чтобы братья точно не смогли снова использовать их. Бурю я оставил в ее стойле. А сам обнажил меч и пошел прямо туда, где все еще гудел знатный пир.

Древнерусская вечеринка была в самом разгаре, когда я ворвался в царские палаты с мечом в руке. Плана у меня никакого не было. Меня просто уже окончательно все это достало. Пора взять эти сказочки под контроль. Папочка дома!

Музыка сразу же стихла. Все в изумлении обернулись в мою сторону. Среди гостей была и Злата, которая при виде меня усмехнулась. А царь приподнялся на троне.

— Ванюша, - пробормотал он.

— Не ожидали, батюшка? – хмыкнул я, медленно приближаясь к трону, - Вы, наверно, ждали моих старших братьев с донесением? И с моей головой на блюде?

Толпа в изумлении ахнула и зашепталась. А царь нахмурился и заерзал на троне. Он едва заметно кивнул стражникам, чтобы они подошли ближе.

— Что ты такое болтаешь, мальчишка! – вскричал Берендей, - Постыдился бы! Родному отцу такое молвить…

— Все мы знаем, что мой настоящий отец – князь Дунай.

Толпа снова зашумела. Все старательно делали вид, будто первый раз об этом слышат. А царь побледнел, потом позеленел, а потом покраснел. Как будто не мог выбрать, какую из эмоций примерить на свое морщинистое лицо. Остановился, видимо, на праведном гневе.

— Ах ты окаянный! Я тебя научу уважать родителя! Клеветник!

Я вынул из кармана одну из рун Альгиз. Что бы это ни значило…

— Не узнаете, батюшка?

— О, я знаю, что это! – вскричал Серый, стоявший среди гостей.

Но тут же осекся. А то вдруг спалят, что он когда-то своровал дюжину таких рун и очень выгодно толкнул какому-то иностранцу со странным именем Франкенштейн. Басурманин явно какой-то.

Берендей понял, что отнекиваться бесполезно. Он грозно сдвинул косматые брови.