Книга Подписка на жизнь, страница 47 – Ксения Чепкасова

На секунду Ламия исчезла за стеной света. Неужели сгорела?..

Но тут из центра света ударил ярко-красный луч. Она там что, вооружилась винтовкой с лазерным прицелом?

Луч ударил по серому облаку, и все души с жалобным уханьем исчезли.

Следом за лучом появилась и сама Ламия. Ее лицо было перекошено от ярости. А по центру красных глаз полыхало пламя. Вместо зрачков. Белые волосы разметались, а длинные красные ногти, казалось, готовы были вцепиться в глотку могильщика.

— Не будь ты бессмертным, я бы разорвала тебя в клочья!

Какая она милашка… Марк судорожно сглотнул.

Огонь вдруг вырвался из ее глаз и понесся на буракумина. Видимо, тот все-таки мог испытывать боль, потому что завизжал, как поросенок на бойне. Да, ему пойдет такой загар прожарки well done.

— Хватит! — завопил могильщик, — Ты победила!

— Скажи еще разок, пупсик.

— Он твой! Забирай его душу!

— Эх, а я только начала входить во вкус.

Ламия щелкнула пальцами, и огонь исчез. Ее лицо смягчилось, и она снова превратилась в маленькую красотку. И только красные глазки выдавали ее жестокую демонскую натуру.

Марк не сильно сочувствовал могильщику. Тот ведь хотел сожрать его душу. И все-таки Марку было жаль увидеть то, что от него осталось.

Жалкий, обгоревший обрубок, почти не похожий на человека. И только белая краска оставалась нетронутой, хоть рисунок черепа и расплылся.

— Ламия, а ты не будешь так добра… — прохрипел уголек.

— Добрые поступки — не мой профиль, — холодно ответила девушка.

— Я клянусь, что больше не буду отбирать твою добычу. Ну пожалуйста!

— С тебя бутылка джина к Рождеству.

— Само собой!

Ламия снова щелкнула пальцами, и к буракумину вернулся его прежний облик. Высокий, жутко худой и с рисунком белого черепа на лице. Только башка оставалась все такой же лысой.

Буракумин с обиженным видом сделал знак в воздухе, и кто-то из духов подлетел к нему с огромной, нелепой шляпой. Видимо, спер ее из какой-нибудь могилы. Теперь у бедного покойника будет мерзнуть макушка.

Призраки больше никого не хватали, так что Марк отважился “подплыть” вплотную к Ламии.

— Значит, я свободен?

— Как пташка, — выдавил буракумин, закуривая сигару.

Дым в невесомости двигался весьма интересно.

— Ээ, не так просто, — заявила Ламия, — Ты должен не только вернуть его на землю, но и помочь найти кузнеца.

Могильщик сделал кислую физиономию, но возражать не стал.

— Спасибо тебе, — неловко произнес Марк, — Не ожидал, что ты вмешаешься.

— Ну как же мне не вмешаться! — улыбнулась Ламия и ласково провела по его щеке кончиком ноготка, — Твоя душа такая лакомая. Я ни с кем не собираюсь делиться.

— Может еще подсобишь?

— Не наглей, Маркуша. Дальше ты сам. Буракумин покажет тебе дорогу. Удачи, мой сладкий!

С этими словами она исчезла. Только красные глаза все еще оставались на месте, но потом, весело подмигнув, пропали и они. Ну просто Чеширская Кошка!

— Ладно, парень, давай поскорее с этим разделаемся.

Буракумин подхватил Марка под руку, и они понеслись вниз с такой скоростью, что в ушах засвистело. Щеки сейчас как у бульдога, высунувшегося из окна машины на полном ходу. Все слюни растерял!

Глянув вниз, Марк с ужасом заметил, как быстро приближается земля. Но могильщик даже и не думал тормозить.

В последнюю секунду они оба все-таки резко зависли в воздухе. И только потом опустились до конца. Буракумин при этом даже шляпу не потерял, а вот Марк сразу грохнулся носом в пыль.