Книга Подписка на жизнь, страница 56 – Ксения Чепкасова

Тишина.

В груди словно сотни острых осколков. Все болит, горло сейчас разорвется. И каждый вдох дается с трудом и причиняет кучу страданий.

Но Марк все равно бежал вперед, не щадя дыхалку. Птичка в клетке беспомощно подпрыгивала и перекатывалась. Бедняжка не приходила в себя. Может и померла уже давно.

Марк был так занят кузнецом, что совсем забыл про приключение с Йорогумо. Он вспомнил о ней только когда уперся в тупик. Весь проход был завален камнями. Пробраться невозможно…

Марк устало прижался спиной к стене. Вместо нормального дыхания — болезненные хрипы. Перед глазами уже все начинает расплываться, и все тело наполнила невыносимая слабость. Кажется, он вот-вот отключится.

Усилием воли Марк заставил себя отлепиться от стены. Он принялся ощупывать все стены и пол. Вдруг появится еще один проход, как в прошлый раз. Или еще какое неожиданное спасение.

Темнота перед глазами, и он словно утопающий, который бьется об лед. Каждый вдох как последний.

Марк уже стоял на четвереньках, щупая пол. Подняться не было сил. Даже клетку он уже с трудом тащил за собой.

Тут его пальцы наткнулись на что-то. Похоже на ручку. Пощупав еще немного (жаль грязный пол, а не грудь той девушки), Марк обнаружил крышку люка. Напрягая последние силы, он с трудом поднял крышку.

Вниз уходила еще одна шахта. По краям были полусгнившие крепления с веревками. Выглядит надежно… Блестящий план! Но другого не было.

Пришлось достать тело птички из клетки и спрятать ее под рубахой. Теперь он мог свободно ухватиться за веревку и начать спуск. Веревка недобро затрещала и натянулась. Марк медленно спускался в темноте, держась за веревку и упираясь ногами в стену шахты.

Веревка затрещала громче. Марк поднял мутные глаза и с ужасом заметил, что она явно рвется. Он ускорился, но до конца шахты было еще далеко.

Веревка лопнула! Неееет!

Марк с криком полетел прямо в черную бездну, на дне которой его встречал подземный огонь.

* * *

Он все еще кричал. Только теперь сидя на полу, на спальной циновке. Волосы мокрые от пота, а дышать все еще больно.

Оглядевшись, Марк обнаружил себя в доме-казарме для воинов. День был в самом разгаре, и никого из самураев уже не было — все на тренировке.

Ему что, опять все приснилось? Он же падал в пропасть.

Марк посмотрел на свою ладонь. Свежий порез. Значит, все-таки не приснилось. И ночью он действительно был в шахте и говорил с Огненным Кузнецом.

Вдруг он услышал знакомое пение птички. Обернувшись, Марк с изумлением обнаружил Ламию, на руке которой сидела довольная собой, живая птица.

Демонша спасла их обоих.

— Ну, чего молчишь? Как будто не рад меня видеть!

Ламия как всегда обиженно надула пухлые губки. Только они предательски подрагивали, готовясь растянуться в улыбку.

— Ты знаешь, в этот раз очень рад! Хоть и не понимаю, почему ты то спасаешь меня, то сама кидаешь в пекло.

— Я уже говорила: люблю веселиться. Хоть и говорят: “не играй с едой”. Но я слишком люблю это дело! Это все равно как люди идут в шикарный ресторан с обслуживанием и живой музыкой, хотя могут просто съесть дома бутерброд и утолить голод. Так вот я лично предпочитаю ресторан.

— Прекрасно! Моя жизнь для тебя — “ресторан”.

— Да ладно тебе, не вздумай обижаться. Я все-таки спасла тебя и эту прекрасную птичку.