Книга Брусничная любовь воеводы, страница 86 – Натали Берд

Гулкие мужские шаги врезались в мой мозг огненными вспышками, я слышала, как передвигается по гостиной Ярослав. Он то подходит вплотную к двери, то уходит куда-то в сторону, его шаги становятся практически неслышны.

Наконец, тихо хлопнула входная дверь, и в доме наступила абсолютная тишина. Было слышно, как жужжит где-то над ухом, несанкционированно пробравшийся в комнаты комар, да ветки, скрипя и склоняясь в разные стороны от ветра, царапают стекло на окне в моей уютной спальне.

«Больше такое не повторится!» — сердце выстукивает именно этот ритм, не позволяя забыть обидных слов.

«Мать меня женить хочет!» — повторял снова и снова воевода, стоило мне только закрыть глаза.

— Пусть женится! — шептала, зарываясь с головой под подушку.

В итоге едва на горизонте затеплился рассвет, я поднялась с растерзанной кровати. Проверила Зорянку, не удержавшись, поцеловала ее в курносый носик и, заплетя волосы в косы, вышла в темную, пустую гостиную. Нужно было готовиться к предстоящему дню.

Большая кастрюля на печь, наполняю ее водой и кладу туда две жирных курицы. К сожалению, другого способа, как сделать мясо для шаурмы, я придумать сейчас не могу. Пока она варится, наполняя кухню ароматами, я шинкую капусту — тоже два вилка, пусть лучше останется, чем не хватит. К ним делаю соус по собственному рецепту, одно плохо, здесь нет миксера, поэтому приготовление майонеза займет много времени.

Становится немного грустно — жаль потраченного времени, когда знаешь, что это можно было бы сделать намного быстрее.

— Мне бы сейчас помощник не помешал! — Бормочу себе под нос, ясно понимая, кого имею в виду.

Даже зажмурилась, чтобы сдержать выступившие слезы, в душе все леденеет, покрывается плотной коркой. Становится так тяжело, что даже вдох сделать трудно.

Я кладу в глубокую миску: яйца, горчицу и начинаю их перемешивать. Сосредоточенно наблюдаю за тем, как ингредиенты превращаются в однородную массу, но до результата еще далеко. Так увлеклась, погруженная в свои мысли и монотонные действия, что не заметила, как за спиной кто-то появился.

— Дай помогу! — хриплый голос, заставляет вздрогнуть, а по спине, проносится волна из мурашек.

«Пришел!» — ликует сердце.

Мне стоит большого труда не обернуться. Я лишь напрягаюсь, чувствуя, как Ярослав становится прямо за мной, наклоняется, обжигая дыханием кожу на затылке, и тянется к моей руке, держащей вилку — венчика здесь тоже нет.

Его крепкие пальцы обхватывают мои и мы начинаем молчаливый танец, моя рука крепко зажата в его — взмах, поворот, снова взмах, разворот. Дыхание, и без того неровное, сбивается, заставляя учащенно биться сердце, будто и правда танцуем. Во рту становится сухо. Воздуха нет совсем, я дышу часто, рвано, но все — равно недостаточно. Голова начинает кружиться.

— Я делаю все правильно? — шепчет мне прямо в ухо воевода.

Даже не понимаю сперва, о чем он. С трудом собираю мысли в кучу, безрезультатно успокаивая ликующее сердце.

— М-м-м? — его сухие губы едва касаются мочки, а у меня перехватывает дыхание.

Нужно срочно что-то делать!

«У него будет невеста! Мать решила его женить!» — набатом колотится в голове.

— Да! — чуть не кричу, выпуская из рук вилку и делая шаг в сторону.

Воевода опускает голову так, что мне не видно выражение его лица, да и не хочу я его видеть.