Книга Моя тьма, его правила, страница 57 – Светлана Тимина

Но я не могла просто так поддаться. Я опустила взгляд и, сбивчиво, почти на грани отчаяния, добавила:

— Сделай это так, будто ты сам решил, без вопросов. Пусть будет сопротивление... Я... я помню стоп-слово, но пусть это будет... по твоим правилам. Не оставь мне выбора. Возьми свое.

Майкл замер, а потом его рука, которую я не видела, скользнула к моей шее. Я почувствовала, как он касается меня, и его дыхание стало горячим рядом с моим ухом.

— Ты хочешь, чтобы я тебя подчинил, Блейк? Ты хочешь, чтобы я заставил тебя принять это, даже если ты будешь противиться?

— Прошу… не говори так. Я боюсь, что передумаю.

Вспышка сверхновой. Вот, на что похоже мое признание.

Я чувствую, как металл холодно касается моей кожи, и мой взгляд мгновенно затуманивается. Сердце колотится в груди, а дыхание сбивается. Я рвусь, пытаясь освободиться, но кольцо на шее тянет меня назад, сковывая каждый мой порыв. Слёзы невольно катятся, смешиваясь с горечью страха и непонимания. Но внутри меня что-то меняется. Я не могу объяснить, что именно, но это чувство, как освобождение, как если бы цепи, которые сковывали мою душу, вдруг исчезли.

— Хватит! Остановись…

Три нажатия на плечо. Я качаю головой. Нет. Я не произнесу стоп-слова. Не трогай уже, дай мне иллюзию того, что я это не выбирала. Что ты сам взял. Дай мне свободу так думать.

— Блейк, смирись. Я все равно это сделаю.

— Нет! Прошу… не надо!

Я вцепляюсь в его руки, инстинктивно, даже не осознавая этого. Но Майкл просто отводит их, нежно, не давая мне ни малейшего шанса на борьбу. И тут раздаются его слова — они звучат как приговор.

— Я хочу сделать тебя своей. И это мои методы. Прими их, ты уже ничего не изменишь.

Это не просто желание, это неизбежность, и я понимаю это. Несмотря на всё, что я чувствую, несмотря на моё сопротивление, я понимаю, что не могу остановиться.

Его пальцы дважды касаются моего плеча, словно напоминание о том, что я всё ещё могу остановиться, если захочу. В его жесте нет грубости, только лёгкая настойчивость. Я чувствую его прикосновение, и это напоминает мне о том, что есть выход, есть контроль, который я могу вернуть. Но в этот момент, несмотря на всё, что внутри меня кричит о свободе, я не произношу стоп-слово. Что-то в его присутствии, в его власти, в его уверенности, заставляет меня понимать, что я уже не могу вернуть всё назад. И хотя я ещё сопротивляюсь, я всё равно знаю — всё уже решено.

Щелчок. Холод стали обнимает шею, тотчас же нагревается под теплом моей кожи. Когда-то это был предвестник боли и страдания, а сейчас – сейчас, со щелчком ошейника, с меня будто спадают все оковы, вместе взятые.

Майкл тянет цепь на себя. Я смотрю в его глаза… и что-то плывет перед ними. Как алые вспышки, как полная невесомость.

Это похоже на то, что я когда- то испытала в клубе… это так невообразимо похоже.

— Блейк, - его шепот долетает как сквозь густой опьяняющий туман. – вот так… ты моя. Ты полностью моя.

Рывок цепи, несильный – но я растягиваюсь у его ног. Или, наоборот, отрываюсь от земли?

— Сладкая девочка. И такая сильная.

Мне чего-то не хватает, чтобы воспарить окончательно. Может, боли? Плети? Я жалею, что не проговорила с ним этот момент.

Цепь тянется вверх.

— Вставай.

Я не думала, что смогу удержаться на ногах. Мое обнаженное тело прижимается к телу Майкла. Он не снял костюм. Он дает мне ощутить, кто здесь дом, даже в таких мелочах.