Книга Любовь, рожденная в аду, страница 106 – Светлана Тимина

---

На следующий день Джулия наняла хакера. Не из дешевых — того, кто работал на нескольких крупных семей.

Ему дали доступ ко всем сообщениям, звонкам, транзакциям Кея за последние три года — но результата не было.

— Это будет непросто, — сказал он, не поднимая глаз. — Синьор Кастелло зачищает следы лучше, чем государственные спецслужбы.

Джулия нервно ходила по комнате, чувствуя, что время утекает.

И как подтверждение — телефон снова завибрировал.

Новое сообщение.

«Ты спрашивала, кто я? Мой номер открыт, но ты понимаешь, что он уже утилизирован. Может, это тебе напомнит»

На этот раз — изображение. Чёткий, резкий штрих. Узор. На бедре. Пересечение ломанных линий, аккуратная, четкая татуировка.

Простой, но до боли знакомый.

Джулия замерла. Холод пробежал по спине.

Где она это видела? Когда?

Он был таким же властным, но… это было обоюдное удовольствие. Тогда Джулия почуствовала, что она в руках защитника. Не агрессора. Того, кто целовал так же жадно, так же неистово, но одновременно хотел ее держать, а не разрушать.

Она закрыла глаза, чувствуя, как учащается дыхание.

Это не ловушка. Или… не совсем.

Это приглашение. И вызов.

Она открыла глаза, снова взглянула на узор и сказала себе только одно:

— Я поеду.

Она не знала, что найдет. Но знала, кого встретит.

Но впервые с момента похищения она чувствовала не только страх.

А желание увидеть правду о человеке, которого боялась сильнее всех.

И, возможно… понять его.

«Как врага», - запоздало внесло свою холодную поправку сознание.

Джулия поехала одна. Точнее — так выглядело. На самом деле её мать позаботилась, чтобы «одна» было лишь красивым словом.

Небо над побережьем тянулось в туманную, жемчужную даль, дорога вилась между холмами, где ветер гнул сухую траву. Узкий серпантин поднимался вверх — к утёсу, указанному в последнем сообщении анонима.

Встреча на краю земли. Место, где любая тень превращалась в угрозу.

Валентина сопротивлялась до последнего.

— Ты не знаешь, кто тебя зовёт, — сказала она, холодно глядя в глаза. — И не знаешь, ради чего. Кей опасен, но те, кто хочет дотянуться до его прошлого, — опаснее.

Но в итоге, как всегда, донна Санторелли уступила. Внешне — позволила. В действительности — окружила защитой так, что воздух сам требовал чьего-то разрешения.

Джулия знала о снайпере на скалах. Один — но лучший из тех, кого мать держала в тени. Он занял позицию за два часа до её выезда, укрывшись среди камней, пока волны внизу разбивались о скалы.

И знала о команде, затаившейся под обрывом. Шестеро бойцов, вооружённых, обученных молниеносному подъёму по утёсу — личная бригада быстрого реагирования её матери. Те, кого обычно используют только в войне.

Джулия чувствовала себя не дочерью мафиозной главы, а объектом, доставляемым в защищённой капсуле. И всё же поехала.

Она сидела в салоне чёрного внедорожника. На ней было светлое пальто классического кроя, под ним — трикотажный топ цвета топлёного молока и плотные брюки, подчёркивающие тонкую талию. Волосы она собрала в гладкий низкий хвост, чтобы ветер не развевал их на вершине утёса. Макияж — спокойный, матовый, с акцентом на глаза, которые сегодня были слишком внимательны.

Машину вёл доверенный водитель, стреляющий взглядом в зеркало каждые три секунды. Джулия смотрела в окно, вливала в себя дыхание океана и чувствовала, как в животе растёт тревога — холодная, неостановимая.