Книга Любовь, рожденная в аду, страница 28 – Светлана Тимина

В чёрном, как сама ночь. Брюки сидели на нём идеально — подчёркивая сильные, опасно точёные бёдра. Чёрная рубашка — чуть расстёгнутая — обтягивала грудь и руки, будто ткань боялась преграждать путь его телу. Рукава закатаны до локтей — простая деталь, но от этого он казался ещё опаснее. Руки мужчины, который привык брать без позволения. И ломать.

На запястье — часы, блеснувшие металлом, как наруч.

На пальце — перстень с гербом клана Кастелло и одновременно символ власти.

Вся его осанка являла собой воплощённый в темную форму контроль.

Он шагнул внутрь — размеренно, уверенно. Без спешки.

Как будто знал: она не уйдёт.

Как будто знал: она уже принадлежит ему.

Просто ещё не осознала.

Его взгляд упал на неё — тяжёлый, обжигающий.

Карие глаза с холодным янтарным отливом скользнули по ее фигуре, не задерживаясь вопреки ожиданию на груди и длинных ногах. Это был взгляд не мужчины, который охвачен плотским желанием. Его взгляд был другим.

Взгляд, в котором он сам был не человек.

Дон. Хищник. Бог. И палач, если пожелает.

И в ту секунду Джулия почувствовала, как по позвоночнику побежали мурашки. Отбросить панику. Ее дрожь не от страха.

От силы.

От того, что он — не просто мужчина. Он — мир, в котором нет пощады.

И в который она теперь брошена сама, против своей воли, без права сбежать.

— Проснулась, — равнодушно произнёс Кей.

Голос вызвал холод по спине.

Низкий, с лёгкой хрипотцой, растягивающий слова, как плётку перед болезненным ударом.

Без эмоций. Без участия.

Он смотрел на неё, как на трофей, который ещё предстоит осмотреть. И взять.

Джулия сжалась, подавляя дрожь. Но взгляд не отвела. Никогда он не увидит ее слабости. Надо собрать все силы и подумать, как выйти из этой ситуации.

В конце концов, он не маньяк-убийца, а тот, кого мать видела в роли мужа для дочери. Решил напугать? Что ж, она подыграет ему. Если обиженное мужское эго просит возмездия таким способом, пусть.

Но что-то в глубине ее души – возможно, обостренная интуиция – буквально орала о том, что все дело не в банальном способе отомстить за унижение еще одним оргазмом.

Кей шагнул ближе.

Каждый его шаг гулко отдавался в пустой комнате, напоминая поступь неотвратимости в ее самом темном проявлении.

В нём не было никаких театральных жестов или нарисованного выражения лица. Только уверенность мужчины, у которого под рукой — власть, вседозволенность и безграничное право делать с ней всё, что захочет.

— Где… я? — выдавила она.

Он чуть приподнял бровь.

— На острове. На моем. Только никто не будет тебя здесь искать.

Он склонился чуть ближе. Его тень накрыла её.

— Здесь нет дверей, Джулия. Только замки. И ты теперь — часть этих замков.

Он помедлил. Может, упивался своей властью – но ничего в нем этого не выдало.

— Ты быстро очнулась. Я знал, что ты будешь сопротивляться, но всё равно привёз сюда. Теперь ты понимаешь, что у тебя нет выбора.

Джулия c трудом удержала уплывающее сознание на плаву. Сделал глубокий вздох,, пытаясь понять, где она, девушка попыталась совладать с беспомощностью, но это только усилило панику.

Все было предельно ясно. Но сознание отказывалось верить. Она знала, что в произнесенных словах нет смысла, но молчание становилось невыносимым.

— Где я? Ты... Ты похитил меня?! Что ты сделал? Ты в своем уме? Забыл, кто я?