Книга Запрещаю влюбляться, страница 37 – Кристина Лин

Взялся за ручку на двери. А потом так же резко отпустил, засовывая руки в карманы.

Там, за дверью, были слышны звуки рыданий. Так плачут дети, еще не умеющие врать и претворяться. Когда от души и навзрыд.

Там плакала Даша. И он знал, кто виноват в ее слезах.

В груди больно кольнуло, по телу прошел холодок. Какого черта?

Дурацкая сентиментальность. Которой раньше не было.

«Да что же это такое?» — подумал мужчина, резко разворачиваясь на пятках и уходя прочь от двери.

Я просыпаюсь в своей постели одна. Ночь. Ярко светит луна. Вдруг, сквозь щель под дверью, в комнату начинает проникать туман. Он окружает кровать, берет в капкан, потом поднимается все выше, пробирается ко мне.

Холодно.

Противный туман окутывает прохладой. Меня трясет. А в голове растет страх и паника. Нужно выбираться, спасаться от этого тумана, который становится все гуще, сильнее. И вот уже я не вижу очертаний предметов, только густой серый туман.

Я пытаюсь вырваться из этого кошмара, уйти, я помню, где дверь. Но тут же понимаю, что не могу встать. Мои руки в наручниках, прикованы к спинке кровати. Я пытаюсь кричать, но из горла не издается ни звука. Дергаю руками в надежде высвободить руки.

Помогите!

Нужно звать на помощь, но мое тело не слушается меня, открываю рот и из него не вылетает ни звука. Я поднимаю глаза, туда, где мои руки скованы наручниками. Но наручников нет. Вместо них мои запястья сжимают сильные мужские руки. Тут же я ощущаю тяжесть навалившегося сверху тела. Мне страшно, трудно дышать. У меня нет шансов выбраться. От ужаса зажмуриваюсь, а когда открываю глаза, передо мной его лицо. Черные глаза горят ненасытным блеском. Будто желая поглотить меня всю, он жадно разглядывает мои губы, лицо, рвано дышит.

Помогите!

Он растопчет меня, уничтожит, не оставив ничего. От страха меня колотит, по телу струится липкий холодный пот, несмотря на горячее сильное тело возбужденного мужчины сверху.

Так же внезапно страсть в его глазах сменяется нежностью и заботой.

— Даша, — шепчет он чуть слышно. От ласковых ноток в голосе мне становится спокойней. — Моя маленькая. — шепчет мне в лицо. — Моя навсегда.

Хочет поцеловать меня, но я отворачиваюсь. Несмотря на нежность во взгляде, я не доверяю ему. Не хочу подпускать его близко.

— Уходи, — говорю тихо, радуясь тому, что могу что-то сказать.

— Даша…, — его обреченное, — Даша….

Просыпаюсь от того, что кто-то трясет мое плечо.

— Даша, — говорит Дмитрий Анатольевич. Я поворачиваю к нему голову. — Ты кричала…, — говорит озабочено.

Кричала? Мне казалось, что я не могу произнести ни звука.

— Мне приснился страшный сон.

— Моя маленькая, — говорит так же ласково, как и во сне. Проводит рукой по щеке, потом по лбу. — Ты горишь, у тебя температура. — Добавляет.

Наверное, поэтому у меня так болит голова.

Мужчина выходит из комнаты, через пять минут возвращается.

— Вот, выпей, — протягивает мне таблетку и стакан с водой. Я послушно выпиваю.

Он забирает у меня стакан и ставит на комод рядом с кроватью. А потом ложится рядом, притягивает меня к себе.

— Спи, — выдыхает тихо мне в волосы.

Сейчас, рядом с ним, мне стало так спокойно и комфортно. Прижалась горячей щекой к прохладной груди, чуть потерлась о жесткие волоски. Его рука перебирает мои волосы, едва касаясь. И глаза сами собой закрываются.