Книга Запрещаю влюбляться, страница 41 – Кристина Лин

Кручусь из стороны в стороны, не в силах уснуть. Это как жажда, которую никак не унять. Как жидкое пламя, которое струится по венам. В голове все смешалось. Мои принципы и убеждения. Все это ложь и чушь. Никакой любви до гроба не бывает. А все то, что привыкла считать любовью, не стоит и гроша. Все размылось. И все смешалось.

Резко поднимаюсь в постели. Встаю и подхожу к большому зеркалу во весь рост. Мое отражение, такое привычное, сейчас мне кажется другим. Глаза лихорадочно горят безумием. Губы покусаны и припухли. Провожу рукой по телу, и кожа отзывается мурашками.

«Не сопротивляйся, и нам обоим будет хорошо», — звучит в ушах его голос.

Выхожу из комнаты и иду по коридору. Дойдя до его спальни, на миг останавливаюсь, не решаясь войти. Аккуратно прокрутила ручку, и дверь поддалась. Тихо ступая по ковру, я подхожу к кровати.

Мужчина лежит на спине. Луна освещает его лицо и открытую грудь. Мне хочется прикоснуться к нему, провести рукой по мускулам, царапнуть ноготками волоски на груди. Провести языком по коже, почувствовать ее соленый вкус во рту. Дикая фантазия, от которой не отмахнуться. Жадно скольжу взглядом по его фигуре, прикрытой по пояс одеялом. Поднимаю глаза к его лицу, ударяясь о горящий взгляд черных омутов. Он напряженно вглядывается в меня, не задавая вопросов. Но его взгляд кричит громче слов.

Это как помешательство, которое лишает воли. И, поддев лямки ночной рубашки, я скидываю ее с плеч. Взгляд мужчины скользит по моей фигуре, он нервно сглатывает. Время вопросов прошло. Претензий не осталось. Злость и обиды растворились. Только горячее пламя, которое сжигает меня изнутри. Смело откинув одеяло, я укладываюсь рядом с ним в постель.

Он нависает сверху, властно впивается в губы, подчиняет себе мою волю. Но мне все равно. Я томно вскрикиваю ему в губы, принимая поцелуй и его силу, растворяясь в ощущениях. Кожа покрывается мурашками, а сердце громко стучит в груди, отбивает в висках. Мужчина подминает меня под себя, раздвигая ноги и вклиниваясь между ними. И я чувствую, как его твердая плоть сквозь натянутую ткань боксеров трется о клитор. Внизу живота бьет сладкой истомой при каждом соприкосновении, и инстинктивно я прижимаюсь к нему сильнее, подаваясь бедрами вперед.

Он отрывается от моих губ, впивается губами в твердый сосок, вырывая у меня стон из горла. Терзает губами нежную кожу, немного прикусывая, отправляя импульсы возбуждения в низ живота. Хочу его ближе, глубже. И не хочу, чтобы все это заканчивалось.

Тело плавится от каждого прикосновения рук и губ. Томительная жажда сводит с ума, заставляя обхватить его голову в безотчетном порыве.

— Пожалуйста, — шепчу хрипло, даже не понимая, о чем прошу.

Он просовывает руку к моему животу, чуть сжимает кожу. Меня снова простреливает импульсом возбуждения, от которого болезненно сжимаются мышцы. Сильные пальцы уверенно раздвигают мою плоть, проводят властно между влажных складок, заставляя меня выгибаться и невнятно что-то шептать.

— Пожалуйста, — прошу снова.

Он снова с силой надавливает на клитор, размазывая влагу, которой непривычно много. По комнате разносятся хлюпающие звуки. И, наверное, раньше я бы смутилась. Но только не сейчас.

— Назови меня по имени, — раздается хриплый шепот у моего уха.