Книга Его сладкое проклятие, страница 13 – Кристина Лин

Лера была влюблена и счастлива. Каждый день они с Петей виделись, стараясь проводить вместе каждую минуту. И ей казалось, что это навсегда, ведь по-другому и быть не может. Она не замечала ничего вокруг, окрыленная беспечностью первого сильного чувства. Не замечала перемен своего настроения, которое сменялось от ликования до истерики в считанные секунды, не замечала сонливости, не замечала отсутствия критических дней, хотя раньше всегда внимательно следила за циклом. И только, когда ее стошнило во время завтрака, выворачивая наизнанку над унитазом, Света, которая снимала соседнюю комнату в той же квартире, спросила:

— Вы ведь предохраняетесь?

— Что? — Лера замерла, осознав свою глупость и беспечность. Нет, они не предохранялись, они просто об этом забыли, потому что были слишком сильно увлечены друг другом.

Она купила в аптеке тест, который, конечно, был положительным, показывая четкие две полоски, которые разделили ее жизнь на до и после. Долго сидела, закрывшись в ванной, тупо глядя в одну точку. Мысли вихрем кружились в голове, и она не представляла, что делать дальше. Беременность меняла все, ломала все планы и ставила крест на дальнейшем будущем. Кроме того, она вдруг осознала, что при всем желании ни она, ни Петя, не смогут справиться с ребенком. Они не готовы к такой ответственности, просто потому, что сами еще дети.

Рассказала Пете, и увидела, как побелело его лицо. Наверняка, в его голове промелькнули те же мысли, которые мучили ее с того момента, как она узнала о ребенке. Он был не готов, это было понятно по испугу в глазах. Он молчал. Поэтому Лера решила за них двоих:

— Нужно делать аборт.

Петя вздрогнул, хотел обнять ее, но она впервые отстранилась. Это было больно и обидно. А еще ему стало страшно от того, что теперь он может потерять ее. И он готов был согласиться с любым ее решением, лишь бы только сохранить то хорошее, что у них было.

Света помогла найти врача, а Петя сумел найти деньги. Лера даже не спросила, чего ему это стоило, потому что не задумывалась, что ему тоже сейчас непросто. Ей казалось, что весь груз проблемы свалился на нее, а в его жизни ничего особо не изменилось. И она даже не представляла себе, как сильно была не права. Юношеский максимализм любую проблему сводит к трагедии, и сейчас Лере казалось, что вся ее жизнь — одно сплошное фиаско.

Операция прошла успешно, осложнений не было. Кроме душевных терзаний, Леру ничего не беспокоило. Но у нее в душе поселилось стойкое чувство совершенной ошибки, такой, которую нельзя никак исправить. Она не жалела о своем решении, но интуиция вопила, что она была неправа.

Петя не отходил от нее ни на шаг, стараясь все время быть рядом. Вот только Лера все чаще закрывалась в квартире, выставив его прочь. И он часами сидел под дверью, подпирая ее спиной и ожидая, что она все-таки выйдет к нему. Постепенно их отношения вернулись к тому, с чего начинались. Она жила своей жизнью, а он ходил за ней, как привязанный, боясь подойти ближе и наблюдая за ней издалека.

Лере хотелось все забыть, но тоска не давала дышать свободно. Она постоянно ощущала на себе его взгляд, видела его глаза, стоило ей обернуться. А они горели все тем же огнем, как и всегда, когда он смотрел на нее. Только вот она этого больше не хотела, боялась обжечься, не давала себе вспомнить то светлое, что их связывало. И теперь самым правильным казалось сбежать, туда, где он не найдет, туда, где спокойно и ничто не напоминает о затаенной душевной боли, отправленной в дальний уголок души, в самую глубину сознания.