Книга Игра на двоих, страница 110 – Татьяна Тальская

Меня внутри распирает тепло. И я снова понимаю: я влюбляюсь в него все сильнее.

Утро.

Я просыпаюсь одна, тянусь и понимаю: дома тихо. Ильи нет рядом. Я спускаюсь вниз, выглядываю в окно и вижу его в саду.

Он стоит у озера в костюме, с кофе в руке. Утки крутятся вокруг ног, довольные, клюют землю. Они идут за ним хвостиком, как ручные. Иногда какая-то подлетает слишком близко, и он раздраженно отмахивается ногой, отвоевывая себе личное пространство.

Я поднимаю телефон и делаю пару снимков. Он здесь… другой. Спокойнее.

Слышится шум на подъездной дороге. Я вижу, как подъезжает рабочая машина. Илья выходит навстречу, разговаривает с мужчиной. Они жмут друг другу руки. Кто это?

Я выхожу на крыльцо как раз в момент, когда мужчина выгружает из кузова… Ромашка. Коза.

— Извините, — говорит Илья, беря веревку. — Я не понимаю, как она опять сбежала.

— Это уже четвертый раз за две недели, — ворчит мужчина.

Илья замечает меня.

— Алексей, познакомьтесь: Катя. Катя, это Алексей, мой сосед.

— Здравствуйте, — улыбаюсь я. — Что случилось?

— Ваша коза опять вышла на дорогу. Я ее там поймал. — Он смотрит серьезно. — Я боюсь, что из-за нее случится авария.

Илья морщится, явно представляя картинку.

— Спасибо, что привезли. Я разберусь. Больше она не выйдет.

— Приятно познакомиться, — кивает Алексей и уезжает.

Илья смотрит на Ромашку как на личного врага.

— Ну, и что ты творишь?

Ромашка смотрит на него невинно и… блеет громко, нагло, будто смеется.

Илья тянет ее за веревку к загону.

— Хочешь сбежать — сбегай. Только не на дорогу.

Ромашка снова блеет. Я иду следом и давлю смех.

Илья заводит ее в верхний загон и закрывает карабин.

— Все. С сегодняшнего дня ты под домашним арестом. Потому что тебе доверять нельзя.

Ромашка снова блеет, и я уже не выдерживаю, смеюсь в голос.

— В дом, — бурчит Илья, не оборачиваясь. — И не смей надо мной ржать.

Я ухожу, продолжая хихикать. Моя жизнь официально стала полной.

Час ночи. Издалека снова и снова раздается блеяние. Ромашка не затыкается.

Илья резко садится в кровати.

— Все, я не могу!

Он распахивает окно.

— Заткнись! — орет он так, что, кажется, эхо идет по всей долине.

Захлопывает окно, будто хочет его сломать, и возвращается в постель. Блеяние не прекращается.

Илья лежит, стиснув зубы.

— Тупая коза! — шепчет он.

Блеяние снова.

— Все! — взрывается Илья и вылетает из комнаты.

Я подпрыгиваю, бегу к окну, открываю.

Он марширует к загону, разводит руками:

— Что тебе надо?!

Ромашка смотрит на него тупо.

— У тебя есть еда, вода, целый загон! Тебе мало?!

Ромашка снова блеет.

Илья пинает ведро, оно летит в сторону и с грохотом падает.

— Видела?! — орет он козе. — Еще раз — и будет хуже!

Я смеюсь так, что зажимаю рот ладонью.

Илья возвращается домой, хлопает дверью, гремит ступенями, садится на подоконник и яростно тыкает в телефон.

— Что ты делаешь? — шепчу я.

— Гуглю, как убрать козу из своей жизни.

Я хихикаю.

— Илья…

— Это не смешно, Катя.

— Смешно, — я сажусь к нему на колени, забираю у него телефон и бросаю на пол. Целую его мягко. — Может, с ней что-то не так? Может, она болеет?

Он смотрит на меня как на святую.

— Она болеет наглостью.

— Завтра позвоним ветеринару, ладно? А сейчас… возьми беруши, и спать.

Илья шумно выдыхает, пытаясь успокоиться.