Книга Привет, я влип!, страница 49 – Маргарита Дюжева

Он перезвонил сразу. Я даже телефон из рук выпустить не успела, как он завибрировал от входящего.

Я сморщилась и уныло ответила:

— Слушаю.

— У тебя что-то случилось? — с ходу спросил он.

— Все хорошо, — натянуто улыбнувшись, я забрала деньги за консервы, отдала мужчине пакет с консервами.

— Я же слышу по голосу, что ничего хорошего.

— Вань, все хорошо. Честно.

— Ты не хочешь меня видеть?

— Что…Что?! Нет! Конечно, хочу! — излишне поспешно ответила я и тут же покраснела.

— Тогда в чем проблема?

— Просто…понимаешь… я подругу на работе подменяю.

— Опять под елкой скачешь?

— Нет, другую. Она обещала прийти в шесть, а до сих пор не пришла. Вот жду…

— Понятно, — ухмыльнулся он, — чужая работа превыше всего.

Я смутилась, покраснела еще сильнее и промямлила:

— Прости, что так получилось. Может, завтра?

— Угу. Непременно. Ладно, трудись, не буду отвлекать, — сказал и отключился.

Ну вот, кажется, я и Царева умудрилась обидеть.

Сейчас точно зареву.

Что ж у меня вечно все через жопу-то, а? Понимаю, что никто не виноват, что большую часть проблем создаю себе сама, но от этого легче не становится.

Зачем-то еще раз позвонила Марине, хотя это уже не имело никакого смысла. Она не ответила, но прислала очередное требовательное сообщение: «жду такси, не закрывай магазин».

Да я бы и не смогла закрыть. Потому что кишка тонка.

В очередной раз чувствуя себя слабым ничтожеством, я продолжала на автомате обслуживать клиентов, даже не поднимая на них взгляд. Словно чувствуя, как мне хочется поскорее уйти из этого места, они валили толпой. Даже очередь организовалась. Кому корм, кому опилки, кому наполнитель для туалета.

— А мне, пожалуйста, консультацию по содержанию бродячего кота, — раздался голос, от которого я испуганно вздрогнула.

Перед прилавком, заправив руки в карманы, стоял Царев в куртке нараспашку.

У меня аж дар речи пропал. Открыла рот — а слова не прозвучали. Закрыла рот. Мотнула головой, пытаясь отогнать видение.

Оно не отгонялось, продолжало стоять напротив меня и, нагло вскинув, брови улыбалось.

— Вань…ты как тут оказался? — почему-то шепотом спросила я у него.

Мне ведь не кажется? Это действительно Царев? Живой? Не глюк?

— Айтишник я в конце концов или нет, — самодовольно поинтересовался он, — по геолокации пробил. Как дела?

Как дела? Я невольно улыбнулась. Теперь хорошо…

— Вот, как видишь, тружусь в поте лица.

— Ммм, — протянул он, неспешно проходя мимо полок с цветными коробками, — как всегда по доброй воле и на безвозмездных началах?

— Не совсем, — призналась я, — а ты зачем пришел?

Царев взял с полки какой-то пакет, покрутил его, поставил обратно, потом обернулся ко мне и совершенно серьезно сказал:

— Кто-то же должен вытаскивать Царевну Лягушку из этого болота.

Меня никто никогда ниоткуда не вытаскивал. Я всегда сама карабкалась, как могла и с переменным успехом, поэтому от его слов совершенно растерялась.

Уставилась на него во все глаза, а Ванька смотрел в ответ, и в его взгляде было что-то странное и совершенно не читаемое.

И именно в этот момент вернулась Марина.

Царева она заценила сразу.

Буквально две секунды и вместо оскорбленной барышни, переполненной негодованием и претензиями, перед нами предстала кокетливая нимфа. Тот самый наклон головы, взгляд из-под ресниц, прядь волос, накрученная на палец, и улыбка, из-за которой у меня чуть хвост не задымился. Захотелось схватить пуходерку и хорошенько так причесать подруженьку, которая мало того, что два часа моего времени спустила в унитаз, так еще и смела заглядываться на моего…моего… моего боевого товарища по спасению бродячих котов!