Книга Пустое сердце Матвея. Часть 1, страница 58 – Ашира Хаан

К счастью, мы обогнули самое шумное место и по дорожкам, освещенным лишь туманно-белыми шарами, прячущимися у подножия деревьев, отправились к другому зданию.

Шары мне понравились — они светили только под ноги, не давая споткнуться, но не мешали любоваться звездами на неожиданно ясном для ноябрьской ночи небе.

Пару раз я так засмотрелась, что чуть не споткнулась, и Матвею пришлось придержать меня сначала за локоть, а потом — приобнять за талию, иначе я полетела бы кубарем в холодную мокрую листву.

Второй момент был напряженным. Все как положено — участившееся дыхание, твердая рука, обжигающая через ткань, глаза в глаза… И вы начинаете целоваться.

Знакомый сценарий.

Но я сделала шаг назад, выпутываясь из объятий Матвея.

Именно поэтому мужчины не любят женщин с опытом и вообще «зрелых».

Не потому, что в тридцать с хвостиком женщина как-то недостаточно молодо выглядит.

И не потому, что у нее потухли глаза и в них читается разочарование всем мужским родом.

А потому, что на нас больше не работают подобные примитивные приемы.

Если мы сами этого не захотим.

Это бесит мужчин даже сильнее отказов — то, что дева трепетной ланью застыла в его руках не потому, что была покорена брутальной силой.

А потому, что сама это выбрала.

И еще задолго до волнительного момента решила, что сегодня вечером у нее будет секс.

Раздраженный вздох Матвея заставил меня вполголоса хихикнуть. Он не стал переспрашивать, что меня рассмешило. Умный мужик.

Похоже, зал для VIP-вечеринок задумывался как библиотека или музыкальный салон.

Лаконичный интерьер: строгие колонны в античном стиле, сдержанные цвета стен и мебели, бюст какого-то очень узнаваемого философа на полке огромного, в полстены, камина — все это предполагало интеллектуальные развлечения.

Но кажется, что-то пошло не так, поэтому вместо книг на полках до потолка были выставлены разноцветные бутылки с алкоголем, а там, где по логике должен был быть рояль располагался полукруглый бар.

По периметру стояли высокие столики, за которыми уже толпились самые высокопоставленные сотрудники компании, а подносы с канапешками и бокалами шампанского разносили девочки-официантки в коротких юбках.

Все как обычно. А они еще рассказывают, что на рынке труда полное равноправие.

Без сомнений, эти молокососы едва ли двадцати пяти лет просто со школьной скамьи хорошо учились, чтобы занять высокую должность. А девчонки того же возраста — мечтали о работе прислуги. Ведь именно у мальчиков лучшие оценки в аттестатах, а девочки в восемнадцать лет только гоняют на мотоциклах и бухают.

О, или подождите… Кажется, я что-то перепутала?

При нашем появлении народ за столиками оживился, а Паша побежал проверять микрофон, стоящий на невысокой импровизированной сцене. Похоже, сначала запланирована официальная часть.

Я повернулась к Матвею, но он выглядел расслабленным, как будто даже не собирался выступать перед подчиненными. Он отошел к одному из столиков и жестом подозвал официантку. Забрал у нее бокал с шампанским, сделал глоток и смерил меня оценивающим взглядом.

— Слушай, — сказал он тем неприятным тоном, которым ко мне часто начинают докапываться. И я не ошиблась. — Ты, конечно, роскошно выглядишь…

— Спасибо, — кивнула я. — Но?

— Каблуки, платье, ресницы, губы, полный фарш, — продолжал он свою мысль, пока я терпеливо ждала, в чем окажется претензия. — Но тебя не смущает некоторое противоречие?