Книга Право на месть, страница 24 – Аглая Отрада

Камила. Горячая моя, будоражащая и в то же время покладистая, неконфликтная, умеющая выстраивать отношения так, чтобы и ее не обидели, и сама никого не задела. Просто чудо, подобранное чуть ли не на помойке. Я, никогда не горевший желанием вить семейное гнездышко, уже в этот момент держал бы за руку жену. Как? Как она меня приручила?

Даже сквозь никотиновую завесу в мозгу вспыхнул радугой участок, отвечающий за наслаждение. Вчерашняя девственница оказалась податливой, как пластилин. Не стесняясь, она отставляла свою попку, умопомрачительно прогибаясь в позвоночнике, когда я брал ее сзади. Ее первое смущенное «Ой», когда поставил ее в догги –стайл.

Вся такая аппетитная, жаркая. Даже то, что грудь не своя, заставляло еще больше восхищаться ее жаждой жизни, ее азарту.

Хотя несколько дней я не мог себя пересилить и заставить коснуться ее.

… Обессиленные, выжатые, с капельками пота, мы валялись в кровати. Я нежно поглаживал ее кожу, лаская везде, куда дотягивалась рука. Затем, немного ободрившись, решил, что есть еще порох в пороховницах. Мои губы потянулись к манящим соскам. Оттягивая и покусывая их, я заурчал, как проголодавшийся тигр, и пошел дальше, уделяя внимание каждому миллиметру. И вдруг замер. Под обеими грудями под языком я ощутил практически незаметные шрамы.

— Что это? – прочертив пальцем по ним, я едва выдавил вопрос.

В ее карих глазах мелькнул испуг, растерянность. Она отодвинулась от меня и, отвернувшись, села, прижав к себе коленки. Затем робко потянула покрывало на себя и спрятала грудь, словно пытаясь защититься.

Тревога и умиление нахлынули разом. Смешная! Прикрылась, а спину с соблазнительной попкой от моих глаз не скрыла.

— Камил, зачем ты это сделала? Ты молодая, красивая девчонка! – я потянулся к ней рукой, но она еще больше отодвинулась, и мне показалось, что всхлипнула. Тихонько сползла с кровати и начала подбирать одежду.

Терпеть не могу глупые капризы и недосказанности!

— Камила, ты куда собралась? – невольно в моем голосе появилась жесткость, которой я избегал в отношениях с этой девчонкой. В ответ уже откровенное шмыгание, которое меня обезоруживает всегда – не выношу женские слезы.

— Милка, ну ты чего?

— Ты меня больше не захочешь, – всхлипывает глупышка.

Я захватил ее обеими руками и притянул к себе.

— Ну ты ребенок настоящий. С силиконовыми сиськами. Нонсенс. Да некоторые мужики сами настаивают, чтоб подруга или жена нарастила себе до пятерки. А потом неуверенные в себе дурочки утиный клювик вместо губ делают, ноги удлиняют, задницу накачивают жиром или еще чем-то там. И получается не девушка, а сборная кукла. Если хочешь знать, я б таким мужикам морду бил нещадно. Любишь человека целиком. С его выдающимися формами или скромными.

Она схватилась за мои пальцы, как утопающий за соломинку.

— Нет, Данил, ты не понимаешь. Мужчины любят здоровых женщин. А у меня была онкология, сделали операцию, и чтоб скрыть появившийся дефект, предложили пластику. Бесплатно. Так что я с дефектом. Сказали, что все хорошо. Я так тебя боюсь потерять!

И она снова, как в нашу первую встречу поцеловала мою ладонь, запустив волну восхищенных мурашек.

— Глупенькая! Ну как я тебя брошу?! Я ж тебя подобрал, как щенка на улице, ты мне доверилась, а я тебя выкину? Милка? Как тебе такое в голову пришло? А то, что ты справилась с болезнью и сейчас искришься жизнью, меня восхищает. Но ты права. Я должен немного все осмыслить. Научиться бережней к тебе относиться, что ли?! Ты ж моя хорошая!