Онлайн книга «Игра вслепую»
|
В школе всё как обычно. Ясмин по-прежнему занимается в гандбольном клубе, тренируется два дня в неделю. Через субботу у них игры, но она не включена в основной состав команды, поэтому выходит на площадку лишь ненадолго. Я занимаюсь дома на велотренажере и гребном тренажере, здоровье тоже в полном порядке. Давно не было новостей от всех из приюта; не знаю, как у них дела? Мама Чжан, мама Хэ, Толстый Папа – как они поживают? Из-за временного отъезда Элизабет Ясмин в последнее время в унынии. Я думаю, Ваш ответ обязательно подбодрит ее. Искренне Ваш, Бенджамин фон Виттштейн Я тщательно сложил письмо, вложил его в конверт, надписал адрес приюта «Восточный дом», затем наклеил марку. Я собирался попросить фрау Веймер, чтобы она, когда выйдет по делам, помогла отправить его. Возможно, в следующий раз, когда буду отправлять письмо отцу Мартину, я смогу позволить Элизабет самой вести меня на почту. Кто знает, может, она даже встанет на задние лапы и, держа письмо в пасти, опустит его в почтовый ящик… В следующий раз, когда буду отправлять письмо… Неприятное чувство внезапно, словно тень, скользнуло по моему сердцу. Я сжал письмо в руке. Глава 17 — То письмо… Лишь когда голос Пропойцы приблизился, я наконец очнулся от отголосков потрясения. С первого дня нашего прибытия сюда это чувство диссонанса уже несколько раз возникало неожиданно – особенно по утрам, когда дружно кукарекали петухи. Теперь, когда оглядываюсь назад, мне кажется, что каждый крик петуха был намеком для меня; жаль только, что я был глуп, как упрямый осел, и так и не смог постичь его смысл. В такой глухой горной деревне должно быть так, как описал знаменитый поэт Восточной Цзинь Тао Юаньмин[35] в своем произведении «Записки о Персиковом источнике»: «Тропы тут вились меж полей». Будучи одними из первых одомашненных человеком животных, собаки с древнейших времен, более десяти тысяч лет назад, начали нести обязанности по охране дома и надзору за скотом, играя жизненно важную роль в земледельческую эпоху. Даже в наше время в обычной деревне собак держат если не в каждом доме, то уж точно во многих. Но эта деревня… Вестник Преисподней сказал, что они не видели ни одной собаки и даже не слышали собачьего лая. Кроме того, я мог добавить еще кое-что: за эти несколько дней, где бы я ни был, ни разу не учуял собачьего запаха. Для меня этого было достаточно, чтобы доказать: здесь действительно нет собак. Вопрос в том – почему? Почему в этой деревне нет ни одной собаки? По какой-то причине жители не держали их? Или все здешние собаки исчезли из-за того, что что-то случилось? Однако сейчас было не время размышлять об этом, и тем более не было времени сокрушаться о предыдущих ошибках. Я уже упустил лучший момент для отступления – Пропойца, кажется, надевал обувь; вот-вот выйдет… Положение не допускало ни малейшего промедления. Я тут же отступил к лестнице и, отсчитывая в общей сложности сорок восемь ступеней, все так же используя руки и ноги, пополз вниз задом. Когда оставались последние пять ступеней, я услышал, как наверху открылась, а затем закрылась дверь. Я вернулся на первый двор. Из комнаты Вэнь Юде не доносилось ни звука – вероятно, она уже закончила работу за компьютером. Над моей головой Пропойца направлялся к лестничному пролету. Мне оставался лишь небольшой ровный участок, и я вполне мог незаметно вернуться в свою комнату. Но вдруг я вспомнил кое-что, и на лбу у меня выступил пот. |