Книга Слёзы любви, страница 106 – Мира Майская

Карви — относительно небольшое судно, используемое для судоходства и разведки у побережья. Карви были небольшим типом корабля викингов с широким корпусом, чем-то похожим на кнорр. Они использовались как для войны, так и для обычного транспорта, перевозя людей, грузы или скот. Поскольку они были в состоянии плавать на очень мелкой воде, они также использовались для каботажа. Карви имел широкие балки примерно 17 футов (5,2 м).

[2] Понтийское море — Черное море, в древности его стали называли «Понтос Эвксейнос» — «Гостеприимное море». А в русские летописи позднее его название перешло как «Понтийское море». Очертания Понта напоминают сильно изогнутый скифский лук. Встречается еще несколько старых названий Черного моря. Это и Сугдеское море, в честь процветавшего города Сугдеи (нынешний Саадак), и Хазарское море, в честь хазар. Во времена Древней Руси, в летописях Черное море называлось Русским, предположительно потому, что киевский князь, воевавший с хазарами, побывал на его берегах. Итальянцы, же, которые владели некоторыми небольшими портами на побережье в средние века, называли море Понтским.

Цветень, река Волхов — Ильмень-море.

ЯСИНА

Корабли медленно приближались к Новому городу, я смотрела вперед, на драккары Сверра. Они немного изменили направление и свернули ближе к берегу.

Тут я перевела взгляд и увидела на берегу, воинов словен. Они собрались дать отпор варягам и не пускать их на свои земли, это была самая большая глупость, что только могла быть.

Пока я раздумывала, в драккары конунга гётов, полетели стрелы, но слава богам, гёты были готовы, они вовремя выставили щиты.

Сверр отдал приказ отдалиться от берега, и корабли один за другим отдалились от причалов и медленно стали уходить он города словен.

Следующим приблизился драккар с драконом, это Эльрика, он плыл медленно братец похоже раздумывал, что делать.

Кнорр на котором мы плыли с Хватом, был уже почти напротив причалов. Я хорошо видела людей на берегу, и уже не сомневалась один из них князь словен, это его решение не пускать варягов.

Они вырвались сами, эти слова.

— Князь, ты забыл заветы предков, а такое не к добру!

Я хотела только одного, чтобы был мир, рядом с моим племенем, мир среди соседей, мир среди русичей, мир между русичами и гётами. Я боялась этой войны, мне не возможно было выбрать за кого я буду воевать и кого я буду убивать. Этой войны быть не должно!

Обернувшись, я посмотрела на корабли.

— Ты кто? — раздался голос с берега.

— Разве это важно? Важно то, что ты ступил на дорогу войны, — прокричала я громко, призывая его одуматься. Краем глаза я заметила подошедшего и вставшего рядом Хвата.

Над рекой наступила тишина, были слышны только удары весел об воду.

— Можешь пристать, я дам твоему кораблю причал, — прозвучало в ответ.

Издали я еле разглядела, что на пристани появился человек, выступивший вперёд из рядов словен на берегу.

— Моя нога на твоей дороге, ничего не изменит. Только ты сам, можешь с неё сойти.

— Пристань, поговорим.

Я обернулась на драккар Рёрика, ведь это его кнорр и решение было за ним, и увидела, как он подал одобрительный знак.

Боевой драккар Рёрика бросил якорь, а наш кнорр повернул нос к причалам Нового города.

Кнорр причалил к пристани, и к нам направился человек, в развивающемся черном плаще, накинутом на плечи. Вокруг него были четверо воинов, прикрывали его щитами. У меня не было сомнений, это князь словен Младен.