Книга Слёзы любви, страница 47 – Мира Майская

Даже не о том, что будет в этом мире после меня.

И совсем не о том, что боги так жестоки со мной.

В этот момент перед моими глазами стояли серые льдинки глаз конунга.

Потерявшуюся во времени, меня напугало прикосновение Добряна, он положил руку на моё плечо. Я вздрогнула, и вновь повернула голову на него. Но сейчас, в этот миг мне было уже не до его глаз, и вообще не до чего.

Мир вокруг вдруг стал тухнуть, темнота пожирала этот мир, краски блекли, теряли яркость и блеск. Мне вдруг подумалось, что наверно и к лучшему, пусть боги заберут меня. Жизнь доставшаяся мне так невыносимо тяжела, что порой кажется, что я сломаюсь под её гнётом.

Так пусть я уйду не сломленной…

Мне в этот миг было жалко только одного, что я больше никогда не увижу Сверра.

Добрян ладонью нажал на моё плечо, и я тяжело опустилась на колени перед деревянной колодой. Тяжело дыша я уже не видела перед собой никого и ничего, моя голова легла на колоду.

Быстрее бы всё уж закончилось…

Мои глаза замерли, на свисающих с моей шеи, на шнурке перстне и обрежнном диске. Их медленное покачивание, вернуло мою память к мамке, её образ почти стёрся из памяти, а еще и к образу кривича, когда-то встреченному мной в лесу.

Не права оказалась мамка, не спасёт меня обережнный диск. Бесполезны были её слова, о том, что с ним я могу ничего не бояться, и велела не снимать его никогда.

— Остановись Добрян! — совсем рядом голос, который я слышу, как будто издалека.

— Буду говорить с князем, ждите, — я даже не взглянула на говорившего, для меня это было не важно.

Люди вновь примолкли, были слышны только тихие перешёптывания.

Добрян надо мной тяжело переступил с ноги на ногу, и напряжённо прокряхтел. А затем я услышала, как рядом с колодой опустил топор. Я не стала поднимать голову, потому. что уже приготовилась к последнему походу, и лишь желала, чтоб это случилось быстрее.

Я хочу к нему, хочу, чтобы он был рядом.

Прикрыв глаза, я полетела мыслями туда, далеко далеко…

Я летела вольной птицей на землей, покружившись над поселением варягов, не увидев там Сверра, поднялась выше и устремилась к теплому южному морю, туда куда уплыл конунг.

Я увидела море, про которое так много рассказывал Сверр, таким каким его себе представляла.

Волна медленно находила одна за другой, на берег из светло-жёлтого песка.

Вода прозрачная, видны мелкие камушки и…

Две ладони опускающиеся в эту прозрачную морскую воду…

Это его руки…

Последние дни лета, пороги Славуты[1].

Я Сверр, конунг всех гётов Гардарики[2], признанный и державший главенство уж с десяток лет, смотрел на сближающиеся драккары, первый самый большой уже причаливал. Я сделал шаг к носу корабля, и в этот момент раздался голос:

— Хэйя худнинги Сверр! Хай, друг Сверр!

— Комду сэль Асвид! Здравствуй, Асвид! — а сам я подумал, только его мне здесь и не хватало.

— Мы к вам, с открытым сердцем! Конунг Сверр, хочу предложить тебе стать побратимами — Асвид протянул руку в знак приветствия.

— Сва скаль вер! Пусть будет так! — я ответил и протянул ему руку.

Если б отказался, это грозило неминуемым сражением двух наших дружин.

Корабль за кораблем подходили к причалу, викинги спрыгивали в воду и выходили на берег. Асвид ударил меня по плечу, я недовольно посмотрел на викинга, но меч доставать не стал.