Книга Подлинная история древней Руси, страница 68 – Антон Беляков

Прочитайте нижеприведенный фрагмент Хроники Литовской^[17]. Из него вы узнаете, кто и как заселил берега Немана и его притоков. Оказывается, несколько благородных семейств Римской империи, укрываясь от непредсказуемого поведения императора Нерона, нашли себе новую родину— на берегах Немана. Описание поисков места жительства содержит любопытные нюансы — отголоски более реальных событий. Например, обозначено направление заселения берегов Немана со стороны Балтийского моря. Обращает на себя внимание и тот факт, что подробная белорусско-жемойтско-литовская история начинается лишь после тевтонско-ордынского захвата водных транзитных путей, т.е. с середины XIII века. Текст оригинальный, но читается легко, тем более, что «кройника великая из розных многих кройникаров диалектом руским написана».

ХРОНИКА ЛИТОВСКАЯ Й ЖМОЙТСЬКА

Вывод и начало о Великом княжестве Литовском и Жмойстком, откель возмоглися и пошли.

Указал исмы здесь уже достатечне и довод не, в котрых краинах свђно сынове Ноевы и потомкове его осђли вывелисмо тоже певную енелогию народов розмаитых, начала и розмноженя их, здесь уже о литовском славном и жомойтским народђ откол бы певныя и достатечныя начала и розмноженя их было за помочю божею речь нашу почнем. Летописцы литовские некоторые так провадят речь о пристю Палемоновом зе Влох к Жомонди и к Литвы. Произошло втђлене сына божия през духа святаго с пречистой девы Марии вот началу свђно 5508 лђно. А оного времени было барство Римское под цесаром Августом бы который Римом и всђм свђтом пановал, яко написано есть, иж во время Августа цесара сын божий втђлился, а во время Кира второго цесара по Августђ распят бысть для спасения нашего, и воскрес и вознесеся на небо, отколь мает прийти судить живых и мертвых. А по смерти Кировой был Гайя цесаром а по Гайи Клавдий а по Клавдию сын его Нерон; так был окрутный же и власную матку свою и научителя своего Сенеку без причины казал забить и килкокрот казал мђсто Рим зажечь не для чего иншого, тылко, абы сия на огонь смотрђл и тђшил.

Княжатом и господином римским и всей речи посполитой великие кривды и притеснения чинил, а так кождый подданый для великой окрутности его не был маетковь и здоровя своего безпечен. И так многие, побросав маетности свои, утекали к инших панств, ища покоя. В то время один княжеская римское, Палямон, Неронов повинный, зобравшися с жоной и дђтми своими и поддаными зо всђмы скарбы, из которым было о пятьсот из вот шляхты римской, также из жонами и дђтми, взяв с собой едного австронома, пошли в окрутах морем, ища собђ мђстца подходящего, где бы мђлы поселиться и проживать у покоя. А между той шляхтой были четыри домы найвышшии: первый из гербу Катовруса Доспронгус, второй из гербу Колюмнов Просперце Спримнус, Корсинус и Улиянус и Гектор из гербу Рожей. И так оный немалый время по мору ходя, пришли в Межиземское море и дошли реки Кисага, а той рекой в самое море Окиян (мает быти море Балтицкое  Венедицкое) а морем Окияном вышли к устя реки в Корлянского моря где Немен рђка в тое море, упав (недалеко вот Клойпеды или Ланела замку велми оборонного пруского), к мора Балтицкого или Венедицкого впадает. А потом Немном вошли в море Курляндское или Немново, а то для того зовется ижь Немен в тое море Курляндское впадает дванатцетма мђсци а кождое называют своим прозвизском между которыми называют едно усте Гексия. Оны пошли ку горђ против воды ажь дошли к конца Немна и пришли к рђки Дубасы а идучи рекой Дубасой, нашли над ней горы высокие и дубровы пенкныи, розмаитыми обфитостями наполненыи и звђру розмаитого рожаю: туров, зубров, лосей, еленей, серн, рисев, куниц, лисов, быђлок, горностаев и иншого рожаю звђру также в рыбах великую обфитость и дивных рыб из моря. И посадились над тыми реками, Немном и Дубасой, и начали сия размножат, а тое мђстце между тыми реками велми им нравилось, и назвали ту землю Жъмонт вот розмноженя. Другие тежь лђтописцы о пристю влохов в тыи полночный стороны так поведают, же для срогого и окрутнаго войска Аттили, короля венгерского, которое называется Бичь Божий. Тот веб заходныи краины и иншие моцные барства саблей и огнем в то время бурил, и для того тот Палямон княжеская из сената римского из пятию сот шляхты римской и с предречеными четырми фамилиями в тые крэи полночные прижеглевал, но то найболше уходячи срогости Нероновой и тирана, которого тиран над иншие было плюгавое, же матку свою власную роспорол, хотячи выдать, где лежал Сенеку, учителя своего, у ваннђ зарезал; вся речь посполитая Римская пред им дрожала. Скарбы свои спросными збытками потратив, удался на драпђзство, мордуя богатых, где о них чул, сђть из едвабу едну, а другую из злота тянущегося казал уробити и, егда где к болоту пришедши, ловил рыбе хоть их там болото тое николи не выдало, бы сия тылко волы тиранской досыть стало. Рим казал жечь абы глядячи тђшился, приятелей и кревных своих всђх вытратил, Петра и Павла, святых апостолов христовых стратил верных преследовал палацы коштовные римские ламал и опять будовал. А так Паламон, осевши в тых краях, яко сия уже рекло, сплодил трох сынов, Боркуса, Куноса и Спера; тые теды по смерти отца своего Жомойтскую и Корсовскую землю поделили. Боркус, сын старший, взял удђл свой над Немном.