Книга Странная месть, страница 230 – Константин Волошин

— Где же ваша девушка, дон Диего? Я сгораю от нетерпения.

— Она, наверное, ещё не оделась. Волнуется, девочка. Вы у неё первый, кто с таким намереньем пришёл в гости к… к ней, – улыбался Диего, посматривал на дверь, из которой должна выйти Сара. – Она ещё слишком молода. Ей всего шестнадцать, но она уже не девственница, как я уже говорил. Вины её тут нет, но это неприятный факт для любого мужчины.

— И для вас, дон Диего? Я слышал, что ваша супруга была или замужем, или потеряла девственность до вашего знакомства. Как вы к этому отнеслись?

— Безразлично, дон Рафаэль. Многие девушки вынуждены терять свою честь не по своей вине, и упрекать их за это просто глупо. А Сарита, дон Рафаэль, отличная хозяйка и приятная девушка. Она у меня почти три года, и я ни разу не замечал за нею чего-то плохого. А происхождение, дон Рафаэль – это домыслы чванливых идальго, забывших свои давние корни. У всех нас они примерно одинаковые. Все наши предки были пастухами, пахарями или совмещали это с охотой.

— Но вы-то дворянин, дон Диего! Мне это звание не довелось присвоить, но мои предки состояние своё заработали в дальних морских вояжах.

— Не обижайтесь, дон Рафаэль, но я прекрасно знаю, как добывались в те времена состояния. Честным путём могли его достигнуть единицы. Остальные грубо грабили народы далёких земель, торговали рабами, или просто были пиратами на море и суше. Где будет возможно. И все за счёт бедного народа. Своего и чужого. Это никого из нас не волновало.

— Как вы можете такое говорить, дон Диего?! – воскликнул возмущённый Рафаэль. – Выходит, и вы не лучше остальных?

— Разумеется, мой друг. Тут вы верно заметили. Но все или многие наши деяния с крупными средствами не подлежат осуждению нашего высшего общества.

— Как вас понимать, сеньор?

— Очень просто! Есть деньги – и нет для нас закона, который мы не могли бы обойти или поставить себе на пользу. Это давняя истина и спорить на эту тему бесполезно, дон Рафаэль. Если вы про такое не знаете у своих предков, то это не значит, что ваши предки нажили состояние честным путём. Мы только показываем свою честность, но не имеем её. Или так запрячем, что никто не сможет нас упрекнуть. И не надо так близко принимать мои слова. Я лишь поделился своими откровениями, как с другом. И совершенно не решусь никого упрекнуть или оскорбить. Такова жестокая жизнь, и тут ничего не поделаешь, дон Рафаэль.

— Вы меня просто оглушили, сеньор. Однако… Ладно, не буду больше об этом.

— А вот и наша Сарита! – поднялся Диего, приветствуя девушку. – Что скажете, дон Рафаэль? Вы не сможете отрицать, что моя Сарита просто восхитительна!

От таких слов Сара опешила, покраснела и чуть не заплакала от охвативших её противоречивых чувств. Она не посмела приблизиться к мужчинам и осталась стоять в дверях, смущённая и растерянная.

— Сара, не стой, как истукан, – Диего со смешком подошёл к девушке. – Это дон Рафаэль, и я рекомендовал тебя для знакомства. Уверен, вы подойдёте друг другу. Проходи и садись за стол. Ты сегодня за хозяйку у нас.

Рафаэль внимательно смотрел на девушку. Подошёл, приложился губами к её руке и посадил за стол. Сказал приятным голосом:

— Сеньорита не должна так волноваться. Согласен, это неожиданно для девушки. И вас мне посоветовал дон Диего. Уверял, что лучше вас трудно мне найти.