Книга Сказка, рассказанная лгуньей, страница 106 – Ана Жен

— Что ты несёшь, неуравновешенный? – хмыкнул надменный победитель. – Слезут с пальмы в своей Африке и думают, что прогрессивный мир обязан давать им всё на блюдечке…

Минли резко повисла на руке Антуана, не давая ему разбить нос придурку.

— Не нужно бить. Я отправляю жалобу.

— Что ты несёшь? – Дэн отшатнулся, поняв, что чудом избежал побоев.

— Дискриминация студентов по расовому признаку – повод для дисциплинарной комиссии и/или исключения. – Девушка включила на повтор видео, где Дэн упоминает Африку и пальму в отношении Антуана. – Очень плохие слова.

— Ты сняла? – удивился Антуан, усмехаясь. Ему внезапно расхотелось бить неудачного Дэна.

— Ты сказал: важно делать правильный контент, – кивнула Минли, проверяя, что её письмо дошло до учебного отдела.

— Ты что отослала?! – ужаснулся Дэн.

— Я никогда не бросаю пустые угрозы. Это недостойно, – оскорбилась Минли и совершенно спокойно, взяв Антуана за руку, потащила прочь от раздражителя. Антуан не сопротивлялся. Ему стало поразительно спокойно. Всё ещё страшно грустно, но не зло.

Аня вышла из кампуса, слегка покачиваясь. Она шла, глядя себе под ноги. Ребята из команды пытались её остановить, казалось, что даже Билли огорчён не так сильно, как она. Нет, Аня была не расстроена. Она была будто бы предана системой, которую любила.

Аня медленно подняла взгляд. Большой и надёжный, будто бы крепость, Range Rover Эвана. Она неловко ускорила шаг. Запуталась в ногах. Чуть не упала. Быстрее прийти к нему. Он рядом и решит все проблемы! Он рядом! Рядом. Рядом…

Когда Ане оставалось всего несколько шагов до автомобиля, тот пришёл в движение. Эван не успел. Не смог. Не Аня. Снова другие дела. Аня всё поймёт… Но не сейчас.

Она не помнила, как – вероятно, на каком-то неведомом автопилоте – дошла до дома Эвана. Пешком. Удивительно, как её не сбила никакая машина, Аня ничего не видела и не слышала вокруг. Да она и не понимала, куда идёт.

Лишь оказавшись в холле дома на Белгравии, она удивлённо огляделась, точно лишь теперь поняла, куда пришла. Дрожащими руками она достала из кармана телефон. Несколько пропущенных от Эвана. Очевидно, он понял, что что-то пошло не по плану после того, как Антуан перестал выкладывать триумфальные посты. У Антуана и без того забот. Как рассказать о поражении так, чтобы не испортить имидж? А ведь Антуан – не тот человек, который способен мыслить рационально во время приступов гнева… Аня должна собраться и принять какие-то решения… Она же лидер… Но сейчас повела себя как самая настоящая слабачка и трусиха.

Она нажала на кнопку вызова. Эван тут же взял трубку:

— Любовь моя, что случилось? – взволнованный и такой родной голос.

— Я облажалась, Эван… Я всех подвела…

Будто бы обессилев, она опустилась на пол и, свернувшись клубочком на холодном камне, разрыдалась. Эван что-то говорил, но она не понимала. Будто бы разучилась говорить по-английски, она лишь повторяла на родном языке:

— Почему ты не рядом? Почему ты не рядом? Почему?

Эван ненавидел себя за то, что ничего не мог поделать. Точнее, за то, что мог, но не стал. Что выбрал съёмки, а не Аню. Казалось бы, наступает в жизни то время, когда карьера и всё подобное уходят на второй план. Когда ему уже не нужно ничего никому доказывать, когда пропадает страх, что больше не позовут. Ведь ещё осенью именно так он говорил Фионе. Ему нужно было послать режиссёра, послать всех – и поехать на Анину защиту. Это у неё ещё всё впереди. Это для неё подобные вещи имеют колоссальное значение.