Книга Сказка, рассказанная лгуньей, страница 117 – Ана Жен

— Девушка, с вами всё нормально? – спросила деловитая тучная женщина, не покидая удобного местечка.

Аня подняла на неё красные глаза. Почему в воздухе так и витает этот вопрос: «всё хорошо?» Нет. Не хорошо. Не хорошо! Она не в порядке. И всё вокруг – тоже не в порядке.

— Солевая, что ли? – недовольно спросил какой-то дед.

— Извините, – почему-то Аня решила, что это самый оптимальный ответ.

Она быстро выпрямилась, проверила сохранность очков Алессии. Автобус плавно катил по Пулковскому шоссе. Как же давно она не была на родине… Аня порылась в сумке, нашла русскую карту, приложила её к терминалу. Хорошо бы выяснить, куда она вообще доедет на этом автобусе. Открыла телефон.

Максимка: Ты можешь быть нормальной?

И прикреплённое видео, где Аня запрыгивает в автобус, спасаясь от погони.

Ну, теперь она знает, что это был автобус номер тридцать девять… Видео вышло эпичным. Аня не выдержала и репостнула его в беседу «Сказки», подписав: «Так меня встречает Россия».

Антуан: Если бы ты была столь же популярна в Лондоне, тебе бы не диджитал, а полноценный импринт выделили

Алессия: Cara mia… Я буду молиться за тебя…

Потом шли ещё какие-то реакции. Аня поняла, что Алессия не рассказала ребятам о том, почему ей пришлось так скоро уехать из Англии. Ладно. Всё нормально. Всё хорошо.

Аня порадовалась, что так активно занималась спортом, потому что вся дорога домой казалась ей каким-то марафоном. И всё же эта беготня удивительным образом взбодрила Аню. Она вспомнила о том, зачем вообще приехала в Петербург. Лишь, войдя в родной двор – такой серый и непочищенный, – она вновь ощутила скользкий страх, будто бы прилипший к ней где-то в районе лопаток. Будто бы осьминог ухватился за голую кожу и шевелит своими щупальцами под одеждой.

Родное место, с которым почему-то не связано ни одного приятного воспоминания. Нет, наверняка что-то было, просто боли здесь куда больше. И вот теперь Ане нужно подняться на родной девятый этаж. Принять душ и дождаться каких-нибудь объяснений от Максимки. Только один вопрос: откуда журналисты вообще узнали о том, что Аня вернулась домой?

За время Аниного отсутствия в их парадной поменяли лифт. Теперь кабина плавно скользила в шахте, а не дребезжала, так, будто бы каждая поездка может оказаться последней.

Аня прошла к своей двери. Старой двери. Немного помешкала. Вспомнила, что там никого не окажется, и наконец-то вошла внутрь. Интересно, что они с мамой всегда жили хорошо – в том смысле, что деньги у них были. Надежда Петровна рассказывала, будто когда в начале нулевых Анин отец их бросил, был недолгий период страшного голода. Надежда Петровна осталась одна, без поддержки и помощи, она приложила все усилия, чтобы выбраться из той финансовой ямы, поэтому Аня не помнила голодных времён. Но это никак не отразилось на их уровне жизни: недорогая и практичная одежда, вещи только первой необходимости, еда без излишеств.

Аня и забыла, насколько бездушной выглядит её квартира. Будто бы здесь никто никогда не жил. Старенький, но чистенький ремонт и ничего лишнего. Девушка прошла в свою комнату. Ровные ряды книг. Правильных книг. Тех книг, с которыми невозможно расслабиться. Конспекты и… собственно говоря, всё. Ничего лишнего. Ничего, что могло бы рассказать о владелице этой комнаты.