Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 61 – Ева Арк

— Да, я помню, что за должность на таможне твой отец согласился отдать тебя в школу скульпторов. А сеньор Лоренцо поселил тебя в своём дворце, допустил к своему столу и велел обращаться с тобой, как с собственным сыном.

— Но те времена прошли, – на лице Буонаротти возникло прежнее угрюмое выражение.

— Почему же? Ведь сеньор Пьеро приказал вернуть тебе комнату во дворце и прежнее содержание.

— Он вспомнил обо мне, только когда ему пришла в голову фантазия сделать у себя во дворе колосса из снега, который во Флоренции большая редкость, – в голосе молодого скульптора прозвучал явный сарказм. – Боюсь только, как бы его расположение ко мне не растаяло, как снежная статуя.

— Ну, что ты, Микеланджело, сеньор Пьеро очень доволен тобой, – попытался утешить его Мирандола.

— Ещё бы, наш правитель гордится, что имеет при себе меня и одного скорохода-испанца, столь проворного, что как бы быстро он не пускал коня, скороход всё равно его обгонит.

Произнеся эти слова, Буонаротти добавил:

— А теперь простите, но мне нужно работать.

— Обращение с ним как с равным со стороны лучших людей Флоренции воспитало в Микеланджело гордость, которая не склонит головы ни перед чем, – заметил граф своим спутницам, когда они двинулись к выходу из сада.

— Мне кажется, этот юноша мог бы быть более вежливым с нами, – ответила донна Аврелия.

— Дело в том, мадонна, что после одного случая Микеланджело стал сторониться женщин.

— Это после того, как ему изуродовали нос?

— Не совсем. Ещё будучи совсем юным, он влюбился в младшую дочь Великолепного мадонну Контессину. Ведь у него была комната во дворце, где жила и она. К тому же, девушка часто приходила с отцом сюда и наблюдала за работой Микеланджело.

— Надеюсь, мадонна Контессина поставила его на место.

— Кто может поручиться за сердце девушки? Сегодня оно сгорает от любви, а завтра холодно как лёд. Впрочем, вскоре после несчастного случая с Микеланджело Лоренцо выдал дочь замуж за сына своего друга банкира Ридольфи.

— Куда вы пойдёте теперь? – немного помолчав, спросил граф.

— В гостиницу.

— Позвольте, я провожу вас.

— Но, возможно, у тебя есть свои дела, сеньор?

— Нет, я хотел послушать проповедь фра Джироламо, но всё равно уже опоздал.

Лоренца удивлённо посмотрела на Мирандолу, который со своими изысканными манерами никак не походил на почитателя неистового монаха.

— Ты хотела что-то спросить у меня, донна Лоренца?

— А это правда, сеньор, что если бы не ты, то Савонарола никогда бы не появился в городе?

— Да, это по моей просьбе Лоренцо пригласил фра Джироламо во Флоренцию, – спокойно подтвердил граф. – Однажды мне довелось услышать его проповедь в Сан Джиминьяно и он показался мне человеком особенным, обладающим некой магической силой. Поэтому я и сказал Великолепному, что фра Джироламо сделает честь и ему, и городу.

Девушка на миг задумалась:

Мне бы хотелось исповедаться ему.

— Нет ничего легче, донна Лоренца. Я попрошу фра Джироламо и он, надеюсь, не откажет мне.

Вернувшись в гостиницу, вдова прилегла, а Лоренца села читать любимого Петрарку. Тем временем алансонка складывала её одежду.

— Что ты ищешь, Катрин? – спустя минуту спросила Лоренца.

— Ваш омоньер, мадемуазель.

— А ты везде посмотрела?

— Да.

— Кажется, я забыла взять его, когда пошла в церковь, – вспомнила Лоренца. – Может быть, он упал за сундук?