Книга Мария I. Королева печали, страница 119 – Элисон Уэйр

— У меня остались кое-какие памятные вещички, подаренные мне и моей матери королевой Екатериной, – обратилась к Марии леди Латимер. – Если желаете, я вам их покажу.

Мария пришла в восторг.

— С превеликим удовольствием! У меня от матери осталось совсем немного вещей, – сказала Мария и тут же переключилась на сестру. – Елизавета, перестаньте набивать рот и уберите локти со стола.

На что Елизавета состроила недовольную рожицу.

* * *

Король женился на Екатерине в июле, в покоях королевы в Хэмптон-корте. Мария и Елизавета присутствовали на церемонии, шлейф невесты несла Маргарет Дуглас.

Обряд совершил Стивен Гардинер, епископ Винчестерский, к которому Мария испытывала смешанные чувства, так как, с одной стороны, сладкоречивый прелат помогал аннулировать брак ее матери, а с другой – был твердым сторонником ортодоксии, что не могло не вызывать восхищения.

Итак, дело сделано. Екатерина стала королевой Англии.

Мария и Елизавета вскоре обнаружили, что новая мачеха скрасила их существование. Для Марии стало превеликим удовольствием снова находиться при дворе. Она быстро сблизилась с королевой, которая выказывала ей свое расположение в полном соответствии с высоким положением Марии.

Ученые мужи стекались в покои Екатерины. Ее апартаменты, всегда украшенные цветами, были сосредоточием научных дискуссий и смеха. В этой расслабленной атмосфере Мария расцвела прямо на глазах. Она обожала общество собиравшихся у королевы придворных и священнослужителей. Редкостная доброта Екатерины каждый день превращала в праздник – неслыханное дело при королевском дворе. Придворные дамы в основном были женщинами образованными, и между ними часто возникали жаркие стимулирующие дебаты, порой очень жаркие. Иногда в них принимал участие король, любивший интеллектуальные споры больше, чем что бы то ни было.

— Можете высказываться совершенно свободно! – увещевал он присутствующих, тем не менее Екатерина поспешно переводила в другое русло сомнительные разговоры.

В покоях королевы Мария нашла для себя и другие удовольствия. С Екатериной их объединяла общая любовь к пышным нарядам. Мария, стремившаяся скрасить свою невзрачную, по ее мнению, внешность, предпочитала более броскую одежду. Екатерина постоянно одаривала падчерицу платьями и ювелирными украшениями.

— Невозможно выразить словами мою радость по поводу появления у меня такой замечательной падчерицы, – сказала королева, когда они однажды сидели, потягивая вино, в ее личном саду. – Мария, я всего лишь на четыре года старше вас, но, надеюсь, вы можете смело считать меня своей второй матерью и хорошим другом.

— Все так и есть, мадам, – улыбнулась Мария.

— Я написала принцу Эдуарду и леди Елизавете, что с нетерпением жду того дня, когда они смогут посетить меня при дворе.

После церемонии бракосочетания Елизавету, несмотря на ее протесты, отправили обратно в Хатфилд, поскольку в Лондоне свирепствовала чума.

— Боюсь, наш отец еще не скоро это разрешит.

Екатерина печально кивнула:

— Елизавета мне ответила. Ее письма крайне замысловатые. Можно подумать, мне писала женщина сорока лет!

— Она всегда была развита не по годам.

— Когда она приедет, – улыбнулась королева, – я сделаю вас обеих своими статс-дамами. Вы обе пережили трудные времена, и меня до глубины души тронуло то, как вы ухаживаете за Елизаветой.