Книга Мария I. Королева печали, страница 206 – Элисон Уэйр

— Не желаю говорить ни с вами, ни с Советом. Слишком много сплетен, и я готова доказать, что все они лживые.

Однако Ренар был настойчив:

— Мадам, до меня также дошли слухи, будто вы собираетесь замуж за графа Девона. Это правда?

— Нет. – Мария решительно встала со скамьи, увлекая Ренара за собой вдоль берега реки. – С тех пор как я выпустила его из Тауэра, мы с ним практически не виделись. Среди моих подданных нет никого, за кого я хотела бы выйти замуж. – На секунду замявшись, она все же решилась спросить: – А у императора имеются хоть какие-нибудь соображения?

Ренар внезапно оживился:

— Да, мадам, имеются. Он хотел бы предложить вам в мужья своего сына, принца Филиппа.

У Марии закружилась голова. Это было именно то, чего она так долго ждала и о чем не смела мечтать.

— Большая честь для меня, – произнесла она.

— Нет, мадам, это будет большой честью для принца Филиппа, если вы примете его предложение.

— А вы с ним знакомы? – спросила Мария, ей не терпелось узнать побольше о потенциальном женихе.

— Я с ним неоднократно встречался, – ответил Ренар, когда они остановились посмотреть на Темзу со снующими туда-сюда лодками. – Чрезвычайно любезный молодой человек, очень образованный и разносторонний. Он знает латынь, греческий, весьма сведущ в математике, географии и истории, владеет боевыми искусствами. Любит архитектуру, музыку и живопись.

Мария улыбнулась. Речь была явно отрепетирована.

— Мессир, я ведь не приглашаю его служить при дворе. А какой он из себя?

Ренар слегка покраснел и на секунду задумался.

— Он светловолосый, голубоглазый, больше похож на своих фламандских предков, чем на испанских. Женщины находят его привлекательным, но это не должно вас беспокоить, поскольку он чрезвычайно добродетелен. Не стоит забывать, что мать Филиппа умерла, когда ему было двенадцать лет. Что, естественно, не прошло бесследно. В общении он довольно сдержан и может показаться слегка чопорным. Однако человек он обходительный и будет отличным спутником жизни, особенно если проникнется к вам теплыми чувствами.

— Я знаю, что он вдовец, – заметила Мария.

Она подумала, что не хотела бы получить в мужья необузданного мужчину, а предпочла бы более сдержанного. Внезапно ей пришел на ум Томас Сеймур. Брак с ним стал бы настоящей катастрофой.

— В шестнадцать лет принц женился на Марии Португальской, однако она умерла два года спустя, родив ему единственного ребенка, дона Карлоса. Принц был настолько убит горем, что только недавно задумался о повторном браке.

— Значит, он семь лет был свободен?

Интересно, Марии показалось или Ренар действительно замялся?

— Да, мадам. Он действительно был свободен. Он представлял интересы отца в Нидерландах. Два года назад Филипп вернулся в Испанию, где правил вместо отца. И хочу заметить, весьма успешно.

Оценка дипломата, явная рассчитанная на то, чтобы впечатлить Марию. Тем не менее ее мучил вопрос: был ли Ренар с ней достаточно откровенен? Филипп считался самым завидным женихом в Европе, наследником гигантской империи, включавшей Испанию, Нидерланды, Австрию, Сицилию, Неаполитанское королевство, часть Германии и американские колонии. Тем не менее до Марии начали доходить кое-какие слухи о нем, особенно насчет его жестокого обращения с еретиками. Что ж, тут она не могла его осуждать. Она нуждалась в борце за истинную веру, способном помочь в решении стоявшей перед ней великой задачи.