Книга Любовь Советского Союза, страница 169 – Сергей Снежкин

— Вот, написано… – капитан помахал перед лицом Туманова листком с радиограммой. – Немедленно лечь на обратный курс… как можно скорее доставить на базу военного корреспондента капитана Туманова! – на память прочел он.

— Не понимаю, – повторил Туманов, – наверное, что-то случилось.

— Это что же такое могло случиться, что лодку снимают с боевого задания и бросают на произвол судьбы семь человеческих душ, которые нас под Петсамо дожидаются? – пристально глядя в глаза Туманову, вопрошал капитан.

— Не понимаю, – еще раз повторил расстроенный и этим известием, и прокурорскими интонациями капитана Туманов.

— Ладно… – сказал, вставая, капитан, – Бог даст, когда-нибудь поймем.

И в его словах Туманову послышалась явная угроза.

* * *

Сквозь вокзальную толпу метнулась тщедушная фигура, судорожно прижимая к груди что-то завернутое в холстину.

— Держи его! – завопил пронзительный бабий голос.

Толпа накрыла воришку и начала молча и деловито пинать ногами перекатывающееся по дощатой платформе человеческое тело с болтающимися конечностями, похожее на выпотрошенную тряпичную куклу.

— Господи! – ужаснулась Галина. – Они же убьют его.

— Из Ленинграда эвакуированный… – предположил Данияр. – Они там голодали сильно и здесь, как только еду видят, сразу воруют. Даже не убегают – украдут и тут же едят. Их бьют, а они все равно воруют. Сильно голодали там, – повторил он.

Мимо них пробежал патруль.

— Товарищ Коврова, если будут спрашивать о вас, что говорить? – спросил Данияр.

— Ой! Я и не подумала! – призналась Галина. – Ведь точно спрашивать будут.

— Может, сказать, что вы к маме и сыну уехали… в Свердловск? – предложил Данияр.

Галина почувствовала в этом невинном предложении скрытый укор и подозрительно посмотрела на Данияра, но в черных азиатских глазах юноши нельзя было прочесть ничего.

— Да, скажите, что я уехала в Свердловск… к маме и сыну, – с вызовом попросила она.

— Это вам, – Данияр протянул Галине расшитый домотканый мешок.

— Спасибо, я взяла продукты, – не приняла подарок Галина.

— Тут лепешки, сушеные фрукты и сушеное мясо. Лепешки моя бабушка пекла утром, – растерялся юноша.

— Ну, раз бабушка… – Галина взяла мешок. – Данияр, а как вы все-таки достали пропуск?

Данияр первый раз улыбнулся.

— Достал… – уклончиво ответил он, – родственники помогли.

— Спасибо, – она быстро поцеловала юношу, – спасибо за все! Прощайте!

Она пошла к поезду.

— Товарищ Коврова! – догнал ее Данияр. – Если я приеду в Москву, где я смогу найти вас?

— Замужем, – быстро сказала Галина и тут же пожалела об этом…

Данияр побледнел от обиды и от той грубости, с которой были сказаны эти слова.

— Простите меня, Данияр, – попыталась загладить вину Галина, – а найти меня в Москве просто… или в театре, или на «Мосфильме».

— Я приеду, – угрюмо пообещал Данияр, – вот увидите… я приеду.

— Приезжайте, – попросила Галина, – я помогу вам с поступлением.

— Я сам поступлю, – ответил гордый Данияр.

— Хорошо, – согласилась Галина, – сами так сами. Прощайте.

У вагона у нее еще раз проверили документы. С трудом взобравшись по крутым ступенькам, она вошла в тамбур и обернулась…

Данияр сидел на корточках и плакал.

Галина вошла в вагон.

* * *

Лодка тихо разворачивалась у пирса, на котором ее ожидало флотское начальство. Швартовая команда закинула причальный конец, который был скоренько обернут принимающими матросами вокруг причальной тумбы.