Книга Между строк и лжи. Книга 2, страница 6 – Елизавета Горская

Мадам Роусон слушала ее не перебивая, ее лицо оставалось почти непроницаемым, лишь тонкие брови слегка сошлись на переносице, а пальцы с рубиновым кольцом медленно вращали ножку бокала. Когда Вивиан закончила, Мадлен еще несколько мгновений молчала, задумчиво глядя на огонь в камине.

— Да, мисс Харпер, — наконец проговорила она тихо, но веско. — Похоже, вы действительно боролись с Дьяволом. И вам невероятно повезло остаться в живых. Тот, кто напал на вас, явно не собирался оставлять свидетелей.

Она сделала глоток бренди, ее взгляд снова стал острым, оценивающим.

— Угрожать вашей тетушке… — Мадам Роусон покачала головой, и в ее голосе прозвучали нотки презрения. — Это грязно. Очень грязно. Не похоже на… некоторых джентльменов, которые предпочитают более тонкие методы. Хотя, — она усмехнулась, но усмешка вышла безрадостной, — когда речь идет о больших деньгах или власти, многие забывают о чести.

Она помолчала, словно взвешивая что-то.

— Вы сказали, он схватил вас за горло? — спросила она вдруг, ее взгляд стал еще более внимательным.

Вивиан кивнула, невольно коснувшись шеи под высоким воротником платья.

— Покажите, — коротко приказала Мадлен.

Вивиан колебалась, но во взгляде Мадам Роусон была такая спокойная уверенность, что она подчинилась. Дрожащими пальцами она расстегнула несколько верхних пуговичек на воротнике и слегка оттянула ткань. Мадлен наклонилась ближе, внимательно разглядывая багровые, уродливые следы. На ее лице не отразилось ни ужаса, ни брезгливости — лишь мрачная сосредоточенность.

— Да, — проговорила она глухо. — Рука была сильной. И намерения — самыми серьезными. Вам действительно повезло, что кто-то оказался рядом в нужный момент. Кто бы он ни был.

Она снова откинулась в кресле.

— Что ж, мисс Харпер, ясно одно: вам нельзя возвращаться домой. По крайней мере, сегодня. И в вашу редакцию тоже лучше пока не соваться. Вы останетесь здесь. У меня есть свободная комната, тихая и незаметная. Здесь вас искать не станут. Мои стены, — она обвела взглядом свой кабинет, — умеют хранить секреты получше, чем церковная исповедальня. Отдохнете, придете в себя. А утром решим, что делать дальше.

Она встала, давая понять, что разговор на сегодня окончен. Ее движения были плавными и полными достоинства, несмотря на домашний наряд.

— Я прикажу приготовить вам комнату и принести горячей воды. И постарайтесь поспать, дитя мое. Хотя бы немного. Завтра будет новый день. И новые проблемы, — добавила она с кривой усмешкой, но в глазах ее Вивиан неожиданно увидела тень искреннего, почти материнского сочувствия.

Когда Вивиан открыла глаза, первые мгновения она не могла понять, где находится. Тяжелые портьеры из терракотового — или как называли этот цвет «индийский красный» — бархата плотно закрывали окна, погружая комнату в густой, непривычный полумрак, сквозь который лишь тонкими золотыми иглами пробивались редкие лучи запоздалого рассвета. Воздух был неподвижным, теплым и густо пропитанным незнакомым, сложным ароматом — смесью дорогих духов с восточными нотами, воска от догоревших накануне свечей и чего-то еще, неуловимо-сладковатого, возможно, запаха пудры или цветочных эссенций, которыми здесь, казалось, пропитано было все, от шелковых обоев на стенах до мягкого ворса ковра под ногами.