Онлайн книга «Между строк и лжи. Часть I»
|
Почему он так поступил? Какую цель преследовал, играя столь непривычную для своего круга роль галантного спасителя? Что-то необъяснимое и тревожное в его неожиданном поведении казалось ей странным и нелогичным. Люди его круга, как ей всегда казалось, просто не способны на бескорыстные поступки, руководствуясь в жизни лишь холодным расчетом и трезвым прагматизмом. Вивиан тихо вздохнула, почувствовав нарастающее напряжение в висках, и устало провела ладонью по лбу, пытаясь отогнать назойливый рой непрошеных мыслей, тревоживших ее сознание словно назойливые осенние мухи. Ее рука словно не повинуясь воле, машинально скользнула под ворот простого платья из зеленой шерсти и коснулась маминого медальона, неизменно висевшего на тонкой серебряной цепочке на шее. Холодный на ощупь металл, едва согретый теплом ее кожи, показался одновременно близким и до боли знакомым, и в то же время – чужим и отстраненным, словно безмолвный укор из далекого прошлого. Какой-то смутный, не поддающийся логическому объяснению инстинкт упрямо подсказывал ей: если она не отступит и продолжит копать дальше в этом запутанном деле, то неизбежно обнаружит нечто гораздо более опасное и значительное, чем привычные коррупционные сделки городских чиновников. И все же, несмотря на смутную тревогу и нарастающее чувство опасности, она отчетливо понимала, что уже не в силах остановиться. Журналистское любопытство, замешанное на врожденном упрямстве отца и материнской французской жилке любви к приключениям, неудержимо влекло ее вперед, в самую гущу неизведанного. — О, мисс Харпер, снова трудитесь над очередной обличительной статьей, грозящей перевернуть верхи бостонского общества? — раздался за спиной сладкий, словно приторный ликер, голос. Вивиан даже не считала нужным поднимать голову, чтобы убедиться в правильности своей догадки — это могла быть только Дженна Моррис. Ее голос звучал приторно-сладким, как перестоявшийся и плохо заваренный чай в дешевой чайной, но за этой нарочитой тягучестью, словно острый шип розы под мягкими лепестками, скрывалось тонкое, отточенное лезвие язвительной насмешки, направленной исключительно в ее сторону. Дженна лениво прислонилась к краю ее письменного стола, демонстративно небрежно опираясь на него бедром в модном платье лимонного оттенка, и неторопливо накручивала на тонкий палец огненно-рыжий локон, словно непринужденно оценивая, стоит ли ей сегодня продолжать эту уже привычную игру в кошки-мышки, или лучше все же выбрать себе другую, менее упрямую и неприступную жертву для своих острот. — Читаю хроники брачных объявлений, Дженна, — небрежно отозвалась Вивиан, так и не отрывая пристального взгляда от лежащих перед ней бумаг. — И, кстати, должна заметить, ваша последняя колонка про новомодный крой юбок-«хоббл» просто бесподобна. Полагаю, именно она неизбежно изменит мир к лучшему. Дженна, оценив тонкую иронию в ее словах, недовольно сузила красивые карие глаза, но прежде чем она успела выплеснуть на Вивиан очередную порцию ядовитых саркастических замечаний, к их столу проворно подбежал торопливый юнец лет шестнадцати, с непокорной копной рыжих вихров и веснушками, напоминающими разбросанные по щекам солнечные пятна. — Мисс Харпер, э-э-э… это вам— запыхавшись, пробормотал он, и дрожащей рукой протянул Вивиан тяжелый конверт из плотной кремовой бумаги, запечатанный сухим сургучом и украшенный скромной печатью без явственной монограммы, словно не желая привлекать лишнего внимания к столь важному посланию. Плотная, дорого пахнущая белоснежная бумага, изысканный золотой тисненый узор скромно мерцал по самым краям конверта, словно намек на состоятельность отправителя. От конверта исходил едва уловимый, но бесспорно дорогой аромат: тонкая смесь качественной бумаги, сургуча и чего-то неуловимо терпкого, пряного, словно дым от редких кубинских сигар, которые так ценились в бостонском высшем обществе. Она скользнула взглядом по лаконичному адресу, написанному четким, каллиграфическим почерком, и невольно нахмурилась, не узнавая ни почерка, ни обратного адреса. |