Книга Асины журавли, страница 92 – Елена Чумакова

— А вот и мадам Бартошевская. Мадам, эти вещи принадлежат вам?

Ася вспомнила слова куратора: «Ваше спасение в молчании. Просто все отрицайте».

— Я не знаю, что это. Это не мое, – ответила она.

— Мадам, я вынужден вас задержать. Вы поедете с нами в полицейский участок.

Изумленная горничная проводила взглядом поникшую фигуру хозяйки.

Следователь допрашивал русскую певицу весьма деликатно. Всем были известны ее монархические взгляды, любовь к императору и императрице, Бартошевскую даже считали в какой-то степени знаменем русской эмиграции! Как-то это совсем не вязалось со шпионажем, с работой на большевиков, расстрелявших семью государя. Тем более, Анастасия Бартошевская упорно доказывала, что ни ее муж, ни она сама не причастны к похищению генерала Миллера. Она уверяла, что генерал Соколовский в тот злосчастный день неотлучно был с ней, ожидал у модного дома в машине. Позже они вместе присутствовали на именинах, и все гости могут это подтвердить. Наличие шифровальных таблиц и чернил для тайнописи в своем бюро Ася объяснила смущенно и просто: это их с мужем игра, таким образом они обменивались любовными записками. Всего лишь невинное развлечение. Ей поверили и отпустили, взяв подписку о невыезде из Парижа.

Ася вернулась в Озуар-ла-Феррьер, но тревога за Максима не давала ей покоя. Она вновь отправилась в Париж. С отчаянием загнанного в угол зайца пришла в штаб-квартиру РОВС. Офицеры онемели, увидев ее в кабинете Соколовского, где в этот момент шел тщательный обыск. Мадам Бартошевская спросила, нет ли вестей от генерала Миллера, и где сейчас находится ее муж. Она горячо доказывала:

— Поверьте, господа, ни мой муж, ни я ни в чем не виноваты! Это какое-то чудовищное недоразумение.

Вот где раскрылись ее актерские способности! Бартошевская говорила так убедительно, что и сама верила в их с мужем невиновность. Может быть, ей удалось бы посеять сомнение даже в умах руководства РОВС, если бы они не держали в руках неоспоримые доказательства шпионской деятельности Соколовского, найденные в его сейфе. Однако они еще считали, что сама Анастасия Трофимовна ничего не знала о работе мужа на советскую разведку.

Ася вышла из штаб-квартиры на улицу и остановилась в растерянности: куда идти, что предпринять? Осенний ветерок играл с подолом ее юбки, уронил ей на плечо рыжий лист. Если бы она подняла голову и внимательно вгляделась в окна третьего этажа, то могла бы заметить, что тот, кого она так жаждет найти, внимательно наблюдает за ней из-за тюлевой шторы. Но ей это и в голову не могло прийти. О существовании конспиративной квартиры в доме мецената Третьякова ей ничего не было известно, знал об этом только Соколовский.

Подумав, Ася отправилась на улицу д’Эйло к Шаляпиным. Где еще в этом так и оставшимся чужим городе ее могут утешить и согреть дружеским теплом? Но и там Асю ждало разочарование. Жена Федора Ивановича, Мария, была расстроена и встревожена его болезнью: из большой гастрольной поездки по Китаю муж вернулся с плохим самочувствием. Вся его веселость и жизнерадостность улетучились. Врачи, обследовавшие великого певца, вынесли страшный вердикт: лейкоз. Мария не смирилась с диагнозом и скрывала его от мужа. Болезнь возникла так внезапно и так странно… Во время гастролей в Харбине певца несколько дней сопровождал доктор Витензон. Однажды этот самый Витензон обработал горло певца аэрозолем с ментолом, в целях профилактики инфекции, как он сказал. С этого дня Шаляпин почувствовал себя неважно, и состояние его все ухудшалось. Мария подозревала, что мужа отравил агент Сталина в ответ на категорический отказ певца вернуться в СССР. Отказаться от личного приглашения самого «отца народов»? Такое безнаказанным не могло остаться.