Онлайн книга «Милинери»
|
— Ты подожди здесь, я быстро, — и на ходу снимая пальто и шаль, скрылась за одной из дверей. Несколько раненых в одинаковых фланелевых халатах, стоящие вдоль стены в молчаливой очереди в процедурную, с любопытством рассматривали барышню. В коридоре пахло карболкой, лекарствами и чем-то еще, тошнотворным, отдаленно-знакомым. Соня вспомнила, что такой же запах исходил от умиравшей собаки, угодившей по неосторожности под копыта лошади. Картинка из детства живо всплыла перед ее глазами. Ольга, уже переодетая в белый фартук и косынку, вернулась с доктором. Рукава его белого халата были засучены, обнажая мускулистые руки с толстыми короткими пальцами. Поверх халата на нем был надет забрызганный кровью клеенчатый фартук. Он внимательно оглядел Соню сквозь круглое пенсне, криво сидящее на его мясистом носу. — Что, барышня, решили послужить Отечеству? Похвально, похвально. Будете пока ухаживать за ранеными: покормить там, переодеть, судно подать, успокоить, письмецо написать. Дело нехитрое. Остальному по ходу дела научитесь. С вопросами, ежели что, к Чекмаревой обращайтесь. В сестринской Соня переоделась в униформу и едва узнала себя в высоком мутном зеркале. — Дежурить будешь в пятой и шестой палатах, там выздоравливающие лежат. А меня, если понадоблюсь, найдешь в первой или второй. Да, и еще: будь с некоторыми построже, они как дети, махом на шею сядут, если слабину почуют. В бывшей классной комнате, вместо парт, тесно стояли в два ряда железные койки. Около двух десятков раненых с любопытством разглядывали новенькую сестричку. Воздух в палате был еще более тяжелым, чем в коридоре, от неприятных запахов к горлу подкатывала тошнота. Соня попыталась приоткрыть окно, с трудом дотянувшись до фрамуги. И тут же с соседней кровати раздался недовольный голос: — А ну, закрой! Дует. Голос принадлежал пожилому солдату, из-под бинтов на девушку смотрели недобрые глаза. — Судно лучше подай! Преодолевая брезгливость, Соня неумело затолкала судно под одеяло. — Сестра, воды! — раздался голос из противоположного угла. — Эй, сестричка, помоги повернуться на другой бок! — Судно-то забери! Соня спешила от одного больного к другому, стараясь выполнять свои обязанности как можно лучше. В дверь заглянул щуплый солдатик на костылях: — Сестричка здеся? В третьей Пряжкину плохо, врача бы… Соня поспешила в третью палату, с одной из подушек на нее глянули жалобные глаза совсем юного парнишки: — Мокро что-то… Откинув простыню, Соня увидела пропитавшуюся кровью и гноем повязку на животе, расплывающееся на простыне пятно. В глазах у нее потемнело, стены поехали вверх. Очнулась от резкого запаха нашатыря, над ней склонился уже знакомый врач. — Ты, голубушка, держи себя в руках, или дома сиди, цветочки крестиком вышивай, — сказал он жестко, — а мне с тобой возиться некогда, меня раненые ждут. Соня с трудом поднялась с пола, держась за опустевшую кровать с окровавленной простыней. — Сестра, помоги подняться, мне бы выйти покурить… — Сейчас, сейчас, подождите минуточку, — пробормотала Соня. Держась за стенку, на подгибающихся ногах вышла в коридор, и поспешила к выходу. На крыльце ее вырвало, на свежем воздухе стало легче. Она присела на ступеньки, чтобы отдышаться. Ей отчаянно не хотелось возвращаться в это царство страданий и боли. |