Книга Милинери, страница 48 – Елена Чумакова

— А что за поручение?

— Это я вам позже объясню, сначала надо обдумать идею.

— Если вы обещаете, что все будет в рамках приличия, то согласна.

— О, разумеется! Но имейте в виду, что для успешного осуществления поручения надо, чтобы никто не знал, что вы русская и знаете русский язык. Все должны считать вас француженкой. Вы в Париже бывали?

— В раннем детстве. Мало что помню… Но у меня была гувернантка-француженка из Руана…

— Прекрасно, будете всем говорить, что родились и выросли в Руане.

Пан Горак встал, порылся в стопках книг на стеллаже и подал Соне книгу «Путевые заметки о Франции».

— Вот, прочтите очень внимательно, особенно все, что касается севера Франции, Руана. Звать вас теперь будут Софи, забудьте пока о Софье Павловне. И как-то надо переделать фамилию на французский лад. Осинцева… Осинцева… Осинсуа́.

Он перенес ударение на последнюю букву фамилии, и она действительно зазвучала по-французски. Глаза его заблестели каким-то мальчишеским озорством.

— Итак, мы вас принимаем на работу как мадмуазель Софи Осинсуа́.

Пан Горак пересел за письменный стол, нажал кнопку электрического звонка. В кабинет тут же вошла пани Петра. Директор быстро черкнул несколько строк на листе бумаги, сложил его и подал секретарше.

— Проводите мадмуазель Осинсуа к пану Збышеку. С завтрашнего дня она работает у нас курьером. И проследите, чтобы ей сегодня же выплатили аванс. Он повернулся к изумленной Софье:

— Купите себе теплую одежду. Вам предстоит много ходить по улицам, в таком виде простудитесь, а мне вы нужны в здоровом состоянии.

Часом позже Соня влетела в квартирку Глафиры, окрыленная удачей, и закружила подругу по комнате.

— Что? Что случилось? Нашла работу?

— И не только! — и Соня с торжествующим видом выложила веером на стол несколько купюр, любуясь произведенным эффектом.

— Ты… ты кого-то ограбила? — потрясенно спросила Глаша.

— Нет, конечно! Мне дали аванс.

— Подожди, подожди…, давай все по порядку рассказывай.

Выслушав сбивчивый рассказ подруги, Глаша призадумалась, с сомненьем покачала головой:

— Что-то тут нечисто… Не слыхала я, чтобы аванс давали еще до того, как человек вышел на работу… Что-то не так… Боюсь, что тебя опять хотят использовать в своих темных целях.

— Не порть мне радость, — упавшим голосом сказала Софья, — все равно у меня нет другого выхода, кроме как соглашаться. А там посмотрим по обстоятельствам. Лучше давай решим, как этими деньгами распорядиться с толком, а то я в этих ваших кронах плохо ориентируюсь.

— А, и правда! Ты ведь теперь не одна, вдвоем мы найдем выход из любой ситуации. Софи Осинсуа́… надо же!

Стопочку крон Глаша разделила на три кучки:

— Это придется отдать за комнату. Здесь выкраивается только за полмесяца, но и то хорошо, хоть частично заплатишь, остальное хозяйка согласится подождать, я думаю. Эта кучка тебе на повседневные расходы. Как не экономь, все равно без денег не проживешь. А вот что остается на теплую одежду, — Глаша с сомнением смотрела на тощую стопочку купюр, — хотя я не знаю, что можно купить на эту сумму. Разве что теплую шляпку, твоя совсем не годится для зимы… Погоди!

Глаша сорвалась с места и убежала в соседнюю комнату. Щелкнул замок сундука, и минут пять спустя она вернулась в комнату, торжественно неся в руках лисью горжетку.