Книга Если бы не мисс Бриджертон…, страница 19 – Джулия Куинн

— Я не слишком тяжелая? – сонно спросила девушка.

— Даже если и так, это не имеет значения.

— Господи, Джордж, тебе просто необходимо почаще вращаться в женском обществе, – простонал Эндрю. – Это же явный намек на ответ: «Конечно, нет. Ты изящна, как цветок».

— Никаких намеков, – возразила Билли.

— Еще какой намек! – стоял на своем Эндрю. – Просто ты этого не осознаешь.

— Я вовсе не нуждаюсь в женском обществе, – возразил Джордж, – ну ей-богу!

— Ну да, конечно, – саркастически усмехнулся Эндрю. – У тебя же в руках Билли.

— Кажется, ты только что нанес мне оскорбление, – произнесла девушка.

— Ничего подобного, моя дорогая. Я просто констатировал факт.

Билли нахмурилась, и ее брови цвета каштана сошлись на переносице.

— Когда возвращаешься в море?

Эндрю насмешливо вскинул бровь:

— Ты будешь по мне скучать?

— Не думаю.

Но все трое знали, что это ложь.

— Впрочем, у тебя есть Джордж, – сказал Эндрю, поднимая руку, чтобы отвести в сторону низко свисавшую ветку. – Из вас получится хорошая пара.

— Заткнись! – бросила Билли, и это прозвучало куда приличнее слов, что сорвались с губ Джорджа.

Эндрю рассмеялся, и все трое продолжили путь в молчании, которое нарушал лишь легкий шорох ветра в молодой листве.

— Ты вовсе не тяжелая, – произнес вдруг Джордж.

Зевнув, Билли еле заметно шевельнулась в его объятиях и подняла глаза:

— Вот и хорошо.

Шагавший впереди Эндрю вдруг рассмеялся, хотя было непонятно почему.

— Да, – изрекла вдруг Билли.

— Прошу прощения?

— Да, – повторила девушка, отвечая на вопрос, которого Джордж не задавал. – Он смеется над нами.

— Мне тоже так показалось.

— Он идиот, – произнесла Билли и вздохнула, утыкаясь в грудь Джорджа.

Вздох этот был полон нежности и любви, что было странно для таких грубых слов.

— И все-таки здорово, что он опять дома, – тихо сказал Джордж, и его слова прозвучали искренне.

Младшие братья, и Эндрю в особенности, на протяжении многих лет вызывали у него раздражение, но теперь, когда все они выросли и вели каждый свою жизнь, отличную от спокойной жизни в Кенте и Лондоне, он очень по ним скучал. И очень им завидовал.

— И правда здорово, – с задумчивой улыбкой кивнула Билли, а потом добавила: – Но я, конечно же, ему этого не скажу.

— О нет, ни в коем случае! Делать этого определенно не стоит.

Билли хихикнула и, зевнув, пробормотала:

— Ой, прости! – Прикрыть рот рукой она не могла, потому что обнимала Джорджа за шею. – Не против, если я подремлю?

Какое-то странное и незнакомое чувство шевельнулось в его груди – что-то очень похожее на желание защитить.

— Конечно, нет.

Губы девушки растянулись в счастливой сонной улыбке, и, зевнув, она произнесла:

— Никогда не испытывала трудностей со сном. Могу уснуть где угодно.

Билли пошевелилась, и волосы ее, давно уже победившие в битве со шпильками, защекотали Джорджу подбородок.

Весь остаток пути до дома она дремала, и он нисколько не возражал.

Билли родилась на семнадцать дней позже Мэри Роксби, и, по словам их родителей, девочки стали лучшими подругами с того самого момента, как их положили в одну колыбель, когда леди Бриджертон, как и всегда по четвергам, приехала с визитом к леди Мэнстон.

Билли не знала, почему ее мать решила взять с собой двухмесячную малышку, ведь в Обри-холле имелась в высшей степени компетентная няня, хотя и подозревала, что это было как-то связано с ее необычной подвижностью.