Книга Если бы не мисс Бриджертон…, страница 23 – Джулия Куинн

— Нет, я, конечно, не прочь провести время и в одиночестве. – Билли поджала губы, почувствовав, как в груди поднимается раздражение: что за допрос он устроил? – Но, знаешь, не люблю сидеть в четырех стенах. А вот на улице целый день могу провести одна… ну или в просторной гостиной, где высокие окна и много света.

Джордж медленно кивнул, словно соглашаясь, и Билли спросила:

— Ты тоже?

— Отнюдь.

А она-то думала, что научилась его понимать!

— Я обожаю проводить время один.

— Это как раз понятно.

Его губы дрогнули в легкой улыбке.

— Я надеялся, что сегодня вечером мы воздержимся от оскорблений.

— А кто здесь кого оскорбляет?

— Не ты несешь меня, а я тебя, так что лучше бы тебе разговаривать со мной повежливее.

— Попытаюсь, – кивнула девушка.

Они миновали один пролет лестницы, и Билли уже решила, что разговор окончен, но он опять заговорил:

— На днях шел дождь, не утихая ни на секунду. Конечно же, я остался дома: выходить на улицу не было причин.

Билли не совсем понимала, к чему он клонит, хотя знала, о каком именно дне говорит. Она тогда собиралась оседлать свою кобылу Арго, чтобы осмотреть изгороди на южной границе земель отца и, возможно, остановиться на земляничной полянке. Для плодов было еще слишком рано, но кусты наверняка в цвету, и Билли не терпелось узнать, какого урожая ждать в этом году.

— И чем же ты занимался?

— Читал. Весь день провел в кабинете и прочел книгу от корки до корки. Более приятного дня я не припомню.

— Тебе следует почаще выходить из дому, – с невозмутимым видом посоветовала Билли, но Джордж оставил ее слова без внимания.

— Я всего лишь сказал, что провел целый день в четырех стенах, как ты это называешь, и это было чудесно.

— Что ж, значит, я права.

— А мы что-то друг другу доказывали?

Как правило, да, но Билли не произнесла этого вслух: прозвучало бы по-детски или так, словно она старалась показать себя такой, какой на самом деле не была или какой общество никогда не позволило бы ей стать. Он – лорд Кеннард, а она – мисс Сибилла Бриджертон, и, несмотря на готовность противопоставить свою силу духа его собственной в любой момент любого дня недели, Билли не обманывалась на этот счет. Она знала, как устроен мир. Здесь, в этом отдаленном уголке Кента, она была королевой, но в любом состязании или споре за пределами уютного узкого круга, включавшего в себя Крейк-хаус и Обри-холл, Джордж Роксби выйдет победителем – всегда – или выставит себя таковым. И Билли ничего не могла с этим поделать.

— Ты вдруг стала такой непривычно серьезной, – заметил Джордж, делая шаг на отполированный до блеска паркет холла.

— Задумалась о тебе, – искренне ответила Билли.

— Звучит как вызов, – Джордж потянулся, чтобы открыть дверь гостиной, и наклонился так, что его губы едва не коснулись уха Билли, – но я не стану его принимать.

Билли дотронулась языком до неба, готовясь дать ответ, но, прежде чем она успела издать хоть звук, Джордж переступил порог просторной гостиной Крейк-хауса и громко произнес:

— Добрый вечер всем.

Все надежды Билли появиться как можно незаметнее рассыпались в прах, когда она поняла, что они прибыли последними. Ее мать восседала на длинном диване рядом с леди Мэнстон, в соседнем кресле расположилась Джорджиана, и на лице ее читалась скука. Мужчины предпочли собраться возле окна, где лорд Мэнстон и лорд Бриджертон оживленно беседовали с Эндрю, державшим в руках бокал бренди.