Книга Хозяйка дворца, страница 79 – Чжоу Мо

Эти мысли переполняли разум Хунли, но вслух он не произнес ни слова.

Огонек свечи в доме дрогнул.

Вэй Инло торопливо отложила шитье и прикрыла свечу рукой, чтобы ее не задуло холодным ветром снаружи.

Пламя долго трепетало, пока наконец не успокоилось. Девушка вздохнула, и взгляд ее невольно устремился к окну. Хунли отпрянул, утягивая за собой Ли Юя. Словно две ящерицы, они распластались по стене и замерли. Холодно было так, что Ли Юй не выдержал и чихнул.

Хунли устремил на него яростный взгляд.

Главный евнух торопливо прикрыл рот обеими руками и принял самый невинный вид.

Выждав немного, Хунли снова потихоньку заглянул в окно и, увидев, что Вэй Инло по-прежнему занята вышиванием, выдохнул с облегчением.

— Ваше величество, – приглушенно спросил Ли Юй, – вы не собираетесь войти?

Хунли покачал головой, развернулся и ушел.

Но оставил в том месте свое сердце.

Он проворочался всю ночь, не в силах уснуть. Стоило закрыть глаза, и ему представлялась она, пытающаяся согреть дыханием пальцы, ее заострившийся подбородок, образ Гуаньинь у нее в руках.

Он и не думал, что на следующий день снова увидит эту Гуаньинь.

= Во дворце вдовствующей императрицы =

В комнате жгли бездымный уголь, отчего там было тепло, словно весной. Вдовствующая императрица держала в руках вышивку и не скрывала своего восторга:

— Эта Гуаньинь одновременно строга и полна сострадания к миру и людям. А какая чистая и мягкая кожа, как точно выписаны детали одежды! В вышивальной мастерской потрудились на славу!

Благородная супруга Чунь улыбнулась.

— Вы слишком щедры на похвалу, мать-императрица. Этот образ Гуаньинь предназначался вам в подарок, разумеется, вышивальщицы приложили все старания.

Та кивнула с улыбкой и обернулась позвать людей, чтобы повесили вышивку.

— Взгляните, ваше величество.

Подойдя поближе, Хунли окончательно убедился, что это та самая вышивка, над которой трудилась Вэй Инло. Он взглянул на благородную супругу Чунь: она явно заботилась лишь о том, чтобы угодить матери-императрице и ни словом не упомянула Вэй Инло. В него словно бес вселился – он протянул руку и потрогал вышивку.

— Волосы Гуаньинь совсем как настоящие, не похожи на вышитые. Неужели… это и правда человеческие волосы?

Вдовствующая императрица посмотрела на молодую женщину.

— Вышивальщица использовала волосы?

Благородная супруга Чунь взглянула на изделие.

— Обычаи китайцев не схожи с маньчжурскими. Для маньчжуров обрезать волосы оскорбительно, но для китайцев вышивать волосами – значит выражать свое искреннее почтение к бодхисаттве! Этот метод известен испокон веков.

Император указал на красную точку между бровями Гуаньинь.

— А это похоже на кровь.

Благородная супруга всмотрелась.

— Ваше императорское величество, это, наверное, всего лишь совпадение. Кровь вышивальщицы капнула на полотно, и, чтобы никто этого не заметил, мастерица превратила ее в бинди.

Мать-императрица вздохнула:

— Эта вышивальщица – настоящая мастерица, хотелось бы мне с ней встретиться.

Благородная супруга Чунь вовсе не собиралась делить с Вэй Инло милость госпожи, а потому немедленно ответила с улыбкой:

— Этот образ вышивала не одна мастерица, над ней трудились лучшие таланты вышивальной мастерской. Если вы хотите встретиться с ними, я им об этом объявлю.