Книга Путь служанки, страница 39 – Чжоу Мо

— Тетушка!

В правой руке тетушка Фан держала толстую и длинную линейку, она медленно постукивала ею по левой ладони. Тетушка обвела взглядом всех служанок и остановилась на Цзисян.

— Как ты спишь? – мрачно спросила она.

Цзисян явно была озадачена и заискивающе улыбнулась:

— А как можно спать? Лежа на спине.

— Кто позволил спать на спине? – холодно упрекнула тетушка Фан. – Спать лицом к небу – значит оскорблять небеса и проклинать богов! Вы навлечете на себя их гнев! Во дворце не может быть таких невежд! По кроватям и снова спать!

Все растерянно смотрели друг на друга, пока тетушка Фан не хлестнула линейкой Цзисян:

— Почему до сих пор не в постели?!

Началась суматоха, девушки в большой спешке полезли обратно на кровати и, помня наставления тетушки Фан, легли кто на бок, кто на живот, но, несмотря на это, всем достались удары тяжелой линейкой.

— Ноги, ты должна вытянуть ноги к воротам Шэньу^[54]! А ты! Левую руку на бок! Даже спать нормально не можете. Вот поколочу вас!

Удары сыпались ливнем: кому доставалось по рукам, кому по ногам, у некоторых девушек выступили слезы, но кричать от боли они не посмели, только крепче стискивали зубы и делали, как велят.

Наконец тетушка Фан отложила линейку и холодно отчеканила:

— Хорошенько запомните эту позу! Спать только так! Идем!

Затем тетушка Фан развернулась и вышла прочь в сопровождении двух старших служанок.

Как только она ушла, в комнате раздались тихие-тихие всхлипы, девушки боялись, что тетушка Фан услышит, поэтому зажимали себе рты руками.

— Инло, – Цзисян, всхлипывая, закатала рукава, – посмотри, пожалуйста, у меня остались синяки на руках? А то тетушка меня так сильно побила, что все болит.

В комнате не зажигали свет, только тонкий лунный луч проникал через окно, поэтому Вэй Инло не могла четко разглядеть, были ли у Цзисян синяки. Но даже если и были, то ничего не поделаешь. Во дворце очень четкая и строгая иерархия, старшие служанки бьют младших, это непреложная истина, жаловаться некому.

— Инло. – Цзисян тихонько подвинулась ближе к Вэй Инло и совершенно по-детски спросила: – Ты можешь меня обнять?

Вэй Инло мягко погладила ее по щеке и, улыбнувшись, ответила:

— Нельзя.

Увидев ее улыбку, Цзисян подумала, что Инло быстро согласится. Она даже подумать не могла, что услышит совершенно противоположный ответ. Девушка опешила:

— Почему?

Взгляд Вэй Инло был холодным и ясным, со спокойной уверенностью в голосе она ответила:

— Потому что тетушка еще вернется.

Хлесть!

— А-а-я-ай! – закричала от боли молоденькая служанка и скатилась с кровати.

Две старшие служанки держали в руках свечи, которые отбрасывали неясные тени на лицо тетушки Фан, из-за чего она напоминала призрака. Фан хлестала линейкой служанку, гневно понося ее:

— Кто тебе разрешал храпеть! Совсем стыд потеряла?!

— Не надо бить, тетушка, перестаньте, пожалуйста, очень больно! Перестаньте! – прикрыв голову руками, навзрыд кричала девушка. – Я же не нарочно храплю, я не могу это сдержать! Ай! А-я-ай!

Остальные лежали, не смея шелохнуться, пока две старшие служанки с линейками в руках бродили между ними, выбирая жертву на заклание.

— По правилам дворца, нельзя во время сна издавать звуки, если вы захрапите во время ночного дежурства при господах, то не только вас засекут до смерти, но и мне достанется!