Книга Монологи бездомного кота, страница 3 – Вера Мосова

Вечером всё семейство отправилось на речку. Речка – это когда много-много воды, только я не люблю туда ходить. Однажды слышал, как Папа говорил:

— Помнишь, Маманька, – он почему-то Бабку иногда зовет Маманькой, – как мы Барсика на Ленёвке купали? Он плавал у нас! Только после этого к пруду идти не хотел: царапался, громко мяукал и вырывался из рук.

Так это значит, они кота плавать заставляли? Вот изверги!

— Пушок, пошли с нами! – кричит Крендель.

Я растерялся. Вроде и приятно, что помнят обо мне, с собой зовут. Значит, нужен я им. А вдруг это опасно? Вдруг им захочется и меня искупать? И буду я, как тот Барсик, мокрой крысой на берег вылезать. Если еще в живых останусь, не утону в этой самой реке. Хватит с меня и душа! К тому же я и плавать-то не умею. А может, умею? Я ж еще ни разу не пробовал. Только пробовать почему-то совсем не хочется.

Вот поснимали все свои шкурки (видимо, опять Африка настала), надули большой матрас, Крендель облачился в надувную шкурку ярко-желтого цвета (спасжилет называется), и пошли они купаться. А чего же я один буду во дворе скучать? Тоскливо как-то стало, когда все вышли и стали ворота на замок запирать. Пошёл потихоньку за ними! Весело и дружно, с шутками и прибаутками все идут под горку к речке. Я скромно шагаю сзади…

— Пушок, ты будешь плавать с нами? – спрашивает Крендель.

Началось! Теперь точно плавать заставят! Если сейчас поверну обратно, подумают, что я трус. Обидно будет. Что бы такое придумать?

Ура! Бабочка! Прыг за ней! Вправо, ещё вправо! А теперь назад! Назад! Домой! Щель в заборе, любимый дворик, диванчик на веранде. Хоть посплю, пока никого нет. В тишине и покое!

— Куда опять эта Козадраная подевалась? – громко кричит Папа, осматривая огород, – только на минуту отвернёшься – её уже нет!

— Да только что тут была, – говорит Бабка, чуть ли не кувырком скатываясь с крыльца и размахивая крыльями, как соседская курица, когда я, баловства ради, весело гоняюсь за ней по улице. – Наверняка уже на дорогу выскочила!

Ясно, опять Фефочку потеряли. «Козадраной» папа называет её редко, только когда сердится. Значит, сейчас именно тот случай. Эта Фефочка та ещё штучка! С ней скучать не приходится. Я обычно стараюсь обходить её стороной, особенно если у неё в руках лейка с водой или ведёрко с песком, иначе всё это в один миг обрушится на меня. Но сейчас ситуация не та! Надо срочно включаться в поиски – мы ведь одна семья! Дед часто говорит, что я уже член семьи. Меня от радости аж распирает, когда я слышу это. Я, конечно, не знаю, что такое член, но частью семьи ощущаю себя уже давно. Надо оправдывать такое доверие! Срочно бегу на поиски!

А Бабка уже выскочила за ворота, летит по дороге, Папа следом за ней, а я – за ним. Где-то там впереди несётся эта самая Фефочка.

— Ну что же ты босиком-то по камням бегаешь, чудо ты моё ненаглядное?! – причитает Бабка, подхватывая на руки упрямую девчонку. – Почему опять сандалики сняла? Поранишь ножки! Разве тебе их не больно?

Вот смешная Бабка! Я всю жизнь без этих сандаликов хожу и ничего! И бегаю, и прыгаю! Представляю, как бы я в них скакал по огороду за бабочками! Не кот, а прям гусь лапчатый какой-то!

Девчонка отловлена, и мы дружно возвращаемся домой. Крендель с Дедом тоже выскочили за ворота и идут нам навстречу. И я представил, что это не Фефочку, а меня потеряли и в тревоге разыскивали, а теперь радостно ведут домой, где ждет заветная колбаска. И непременно двойная порция! Только я размечтался, слюнки пускать начал, как вдруг раздался такой громкий лай, что я от неожиданности собственной слюной поперхнулся. Из соседского двора выскочила на дорогу противная собачонка. А зовут её, знаете как? Ева! Маленькая, косматенькая и горластая до жути! Ничего противнее в своей жизни не видел. Росточком она не больше меня, а шуму от неё – на всю деревню! И порода у неё так смешно называется: не то полонез… не то майонез… Вспомнил – пекинес! Собака бросилась в нашу сторону, я – пулей на Деда, а Фефочка, наоборот, вырвалась из рук Бабки – и к собачонке!