Онлайн книга «Кощеева гора»
|
— Но никто не спасет обреченного, – жестко закончил Бер. – Никогда бы не подумал, что стану лучшим другом Святославу… Но я чуть было не спас его, если, как ты говоришь, Игмор может стать искупительной жертвой за братоубийство. — Спас? – Торлейв поднял брови. – Это как? — Весь остаток того лета, до первого снега, я гонялся по Мерянской реке за Игморовой братией. Из семи человек к началу зимы в живых остались только двое – сам Игмор и Красен. — Да ну? – выдохнул потрясенный Торлейв. – А пятеро уже… Рассказывай! Во дворе темнело, когда Бер изложил свою сагу до того дня, когда уехал с озера Мерон. Херстейн уже заменил кувшин пива на новый и дважды подносил в кружок хирдманов полные миски жареной рыбы и каши из полбы, но братья смотрели только друг на друга. — Ты просто Сигурд Убийца Дракона, – сказал Торлейв. – Пока мы не сделали ничего, ты прикончил троих из пяти. — Вы и не могли ничего сделать, раз уж они были в наших краях, а не в Киеве. Но все дело в Игморе. Он все это придумал, он держал один из трех мечей, которыми рубили Улеба. Пока он жив, мы не можем считать месть свершенной. Я собирался отсюда послать гонца в Киев, рассказать Люту и его брату о наших делах, чтобы они сами решали, как быть дальше. Мой отец сказал… сказал, что я сделал уже достаточно много и Один не рассердится, если я оставлю часть этих подвигов другим родичам… Но если, как ты говоришь, Мстислав Свенельдич отказался от мести за себя и своих сыновей… — За меня – нет, – быстро вставил Торлейв. – Меня его клятва не касается, я ж ему не сын. Мы вовсе по крови не родня – я племянник Уте, а не ему. — Когда мы с Алданом гонялись за Игморовой братией, их было всего пять человек, и то они разделились. Сложно было их найти, а уж взять – легко, как лягушек в луже… — Ты чудом стрелу в грудь не получил, пока мирно сидел у костра! Лягушки так не делают. — Но теперь у Игмора с Красеном новая дружина из мерян, человек тридцать. Ну, это, знаешь, молодые парни, которым надо показать себя, прежде чем жениться. — Как здешние вилькаи. — Да. И он увел их куда-то в леса, статочно, на юг. Он стал куда сильнее, чем в начале нашей погони. И теперь мы точно знаем… что ему помогает валькирия, а значит, Один на их стороне. Торлейв выразительно поднял брови, будто услышал заведомо неверную речь. Бер тоже замолчал и тоже поднял брови: что не так? Торлейв молча показал большим пальцем себе за плечо, где слышал голос Агнера: пока молодые вожди разговаривали между собой, тот на северном языке травил свои сарацинские байки Беровым хирдманам. — Видишь этого человека? Одноглазого такого? Он тебе никого не напоминает? Бер озадачено промолчал: конечно, ему не приходилось долго думать, кого напоминает Агнер, но что Торлейв этим хочет сказать? — Ты имеешь в виду… — Агнер объявился в Киеве год назад и с тех пор кто-то вроде моего воспитателя. На прошлый Ярилин день он спас мне жизнь, иначе мне без всякой славы перерезали бы горло. Он – человек Одина, это ясно как день. — С нами был человек Одина… – пробормотал Бер, вспомнив Вальгеста. – Я тебе потом расскажу… когда ты уже будешь точно знать, что я не лгун и не безумец. — Ну и теперь с нами человек Одина. И мой уж верно не хуже того прежнего. — Чтобы преследовать Игмора дальше, нужно больше людей, – заговорил Бер, лишь в душе отметив, как сладка ему эта речь, дающая понять, что Торлейв разделяет его устремления. Тот все-таки дал ответ на вопрос, бывший для Бера всего важнее в этом новом знакомстве, и они сами не заметили, как встали на одну лыжню. – И я совсем уж было собрался последовать совету моего мудрого отца, но… |