Книга Клинок трех царств, страница 249 – Елизавета Дворецкая

Но дело обернулось еще хуже. Отроки вернулись с вытаращенными глазами: угров нет! Белые войлочные дома стоят на месте, возле них пасутся овцы и бродит пять-шесть десятков лошадей, назначенных к продаже, а самих угров и их ездовых лошадей нет! Отроки обошли хазы, но ни Витляны, ни еще кого-то не отыскали. Исчезло оружие, самая дорогая утварь. Угры ушли, прихватив только то имущество, которое можно навьючить на лошадей. И, разумеется, серебро, вырученное за уже проданных.

При этом известии Тормара прошиб холодный пот. Угры могли делать что им угодно, но раз одновременно с ними исчезла и Витляна… Воеводская дочь похищена, похитители сбежали – никак иначе это понять было невозможно.

Однако уже наступила ночь, кладя конец любым попыткам что-то сделать. Утром Тормар снова послал в угорский стан – там ничего не изменилось.

— Свенельдич меня убьет… – бормотал старый воевода. – Надо ж было так опростоволоситься! Но она девка взрослая – за ногу мне, что ли, было ее привязывать?

— Да не твоя печаль! – отрезала его жена. – Свенельдич сам здесь был, что его дочка с угрином круги водит – знал. Коли ему то не по нраву, забирал бы ее домой. Мы ей в бережатые не нанимались!

Послав один отряд на юг, другой на запад, чтобы поискали следы беглецов, еще двоих отроков Тормар отправил в Киев, к Мистине.

Однако до Мистины гонцы доехали не сразу… На полпути им предстало жуткое зрелище: посреди дороги в распадке вокруг двух телег валяется куча трупов, изрубленные, убитые стрелами люди и лошади. Стояла вонь, над засохшей кровью вились тучи мух, а кое-где из трупов уже были выгрызены куски: лисы и хори не упустили случая поживиться. Во́роны перелетали с одного тела на другое, клевали мертвые глаза.

Пока два отрока, судорожно сглатывая, пытались понять, что произошло, один труп в стороне от прочих дернулся и приподнялся. Обоим отрокам срочно понадобилось переменить портки. Восставший из мертвых, средних лет толстяк с растрепанными волосами, со светлой щетиной на пухлых, но словно опавших щеках, жалобно восклицал что-то непонятное и простирал руки к небу. Не сразу отроки смогли поверить, что он все-таки живой и даже не ранен. Толстяк говорил на славянском, но у него заплетался язык. Выяснилось, что здесь лежит то самое посольство Оттона, о котором Мстислав Свенельдич рассказывал Тормару. От киевского воеводы был гонец с предупреждением, что немцы приедут, но, отвлекшись на исчезновение Витляны, об этом Тормар забыл.

Прополоскав в Днепре и тщательно отжав портки, отроки разделились: один поехал назад в Витичев, другой, посадив позади себя отца Теодора, пустился к Киеву. Под двойным грузом конь шел небыстро, и попал он туда только на следующий день.

Поставленный перед князем, отец Теодор молился и бормотал о демонах, которые вихрем пронеслись над дорогой и погубили разом всех. В этом он был полностью убежден, рассказывал про слышанный им адский вой и запах серы. Даже видел демонов с черными крыльями, изогнутыми козлиными рогами и копытами. Но отроки показали князю несколько стрел, вынутых из трупа, – стрелы были обычные, железные, угорской работы. Зная от того же отрока о внезапном исчезновении угров из-под Витичева, Святослав без труда связал два конца. Угры и немцы ненавидели друг друга, а после битвы на реке Лех угры имели причину для мести. О том, что Оттоновы послы приедут в Витичев, там знали от гонца Мистины, а в угорский стан эта новость могла попасть через его же дочь. То, что Витляна исчезла тоже, подтверждало возможную связь.