Книга Подарок судьбы, страница 139 – Джо Беверли

— Возможно, она даст знать о себе, как только эта история будет предана гласности.

— Вероятнее всего, она потребует денег за молчание, но это уже не твоя проблема, а нового графа. Правда, кратко ознакомившись с характером твоего предшественника, я бы не удивился, узнав, что той дамы нет в живых.

— Думаешь, он мог сбросить ее за борт по пути домой?

— А свидетельство о браке спрятал где-нибудь в этих комнатах, чтобы было под рукой: вшитое в переплет книги или уложенное в тайник где-нибудь в стене…

Хок подошел к стене напротив кровати, где ничего не стояло, и ощупал ее кончиками пальцев.

— Отсюда что-нибудь убрали?

— Не думаю. Почему ты спрашиваешь? Что-нибудь обнаружил?

— В перегруженной мебелью комнате выглядит странным участок стены, где ничего не стоит, и какая-то отметина на ней… – он запустил в щель ногти, и часть обшивки, имитировавшей камень, скользнула в сторону.

Но никакого тайника за обшивкой не было – там находился рисунок с изображением молодой женщины. Это была работа явно профессионального художника, судя по тому, как тщательно было выписано тонкое кружево отделки платья и жемчужное ожерелье на ее шее. Волосы ее были чуть приподняты вверх, как подобало девушке, едва начавшей выезжать в свет. О чертах лица, однако, было трудно что-нибудь сказать, потому что в центре портрет был изорван; клочки бумаги свисали, открывая зияющую дыру.

— Полагаю, что это Изабелла Карслейк, – Коннот думал, что уже перестал удивляться выходкам своего предшественника, но столь гнусная расправа с портретом потрясла его. – Наверное, он лежал в своей дурацкой кровати, смотрел на нее и тихо ненавидел, как и Мела Клиста. Интересно, что в конце концов толкнуло его на этот зверский поступок?

— Человек сломался. Какая-то последняя капля переполнила чашу его терпения, – сказал Хок и окинул взглядом комнату. – Было бы неплохо тщательно осмотреть весь этот хлам. Уверен, что обнаружилось бы немало интересного.

— Мы устроим это как-нибудь исключительно с целью развлечения, – пошутил Кон. – Возможно, даже откроем доступ сюда для широкой публики и будем брать с каждого по пенсу за вход. Завтра сюда приедет еще и Николас Делани. Он, конечно, не такой, как ты, мастер разгадывать всякие загадки, но по-своему тоже весьма проницателен.

— Основатель компании «балбесов»? Буду рад увидеться с ним.

— Господи, как странно, что сюда приезжают нормальные люди! – воскликнул Коннот. – Может, стоит пригласить и Карслейков? Боюсь только, что Крэг-Уайверн рухнет и обратится в пыль.

— Если ты к нему не испытываешь привязанности, то туда ему и дорога, лишь бы никто при этом не пострадал.

— Это мне уже говорили, при том что никто из них еще не видел камеры пыток.

— Слава богу! Я бы не удивился, если бы и у тебя здесь поехала крыша.

— А что, уже есть симптомы? – усмехнулся Кон, выходя в коридор.

Хокинвилл рассмеялся, потом спросил:

— Диего все еще с тобой?

— Да. Почему ты спрашиваешь?

— Он приехал в Англию только потому, что чувствовал: ты в нем нуждаешься.

Это мог сказать только тот, кто хорошо его знал, но сейчас такая оценка не казалась ему вмешательством в личную жизнь.

— Это все последствия войны, но я уже почти справился.

— Ты имеешь в виду Дариуса? – уточнил Хок с дотошностью хирурга, который обрабатывает рану от шрапнели.