Книга В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси, страница 379 – Любовь Сушко

В тот вечер князь Симеон появился в покоях моих. И я сама того не ожидая, бросилась в его объятия. Мне не нужно было никаких слов, он пришел ко мне, и он был со мной все это время, хотя я так редко видела его. Но и на рассвете, когда он спал, я никак не могла поверить своему счастью. Я и не надеялась уже, что кто-то будет со мной, и вдруг. Это была первая ночь с мужчиной, когда не нужно было прятаться, обманывать, вырывать что-то для себя. И в те минуты я была счастлива. И как часто потом он приходил ко мне, и мы оставались вместе до утра, от холодности и отчужденности его больше не оставалось и следа. Но потом в Новгороде появился Андрей. Я его больше не боялась, потому что всем было известно, что происходит во дворце. Он намекнул на то, что остался в долгу передо мной. И потом о предупредил о заговоре.

— Они убьют его, если вы не опередите их.

В тот же вечер я обо всем и рассказала князю. Не знаю, что убедило его, но он принял решение покинуть город. Мы двинулись в Литву. Страхи терзали мою душу. Если Новгород оказался таким, то что ждать от Литвы? Мне не хотелось туда отправляться, но и расстаться с единственным человеком я не могла.

Так мы и покинули город, где я обрела семью и позднее свое счастье. Князь был мрачен, но он и прежде не был особенно весел никогда. И нас ждали в те дни важные перемены, мне казалось, что хуже все равно уже не будет. Мы поселились в чужом и холодном мире. Здесь он был чужим и никому не нужен, это угнетало князя и толкало на какие-то необдуманные поступки. Я только и гадала, что может случиться с нами, со Златой и со всем этим миром.

Я все больше склонялась к мысли, что моя дочь должна жить в Москве. Там ей не причинят вреда. У князя все еще не было детей. И она может оказаться для него последней надеждой на продолжение рода. Мои худшие оправдания исполнились. Я проснулась от какого -то шума. Там что-то творилось невероятное. Бросилась к девочке, схватила ее на руки. Симеон был еще жив, но ранен очень серьезно.

— Уходи скорее, -потребовал он, -пока бунтовщики еще не опомнились.

Я подчинилась его требованиям, хотя была уверена, что должна оставаться там, с моим мужем, и так бы и сделала, если бы не было ребенка на руках. Что там произошло у Литовского короля на самом деле, кто с кем и против кого шел, я этого знать не могла. Мне нужно было просто спасаться. Счастье оказалось мимолетным. Я видела глаза Симеона и понимала, что мне его никогда не забыть. Мне хотелось умереть. И только девочка на руках моих не давала так проступить.

В Костроме никто не удивился, когда мы вернулись туда в третий раз. Мне оставалось только жить незаметно и растить дочь.

Жизнь пустая и глупая штука., в ней нет ничего интересного. И все-таки нам ничего не остается, а только жить дальше и растить своих детей.

ТАМЕРЛАН и ЦАРЬ-ДЕВИЦА

Летописцы в том году записали, что грозный Тамерлан (Тимур), дошел до стен Москвы, постоял перед ней, и, не вступая в сражение, повернул коня в другую сторону. До сих пор историки спорят и гадают, почему так случилось, ведь после смерти Дмитрия Донского правил юный князь Василий, разгромить которого грозному воителю не составляло никакого труда, но почему же он повернул коня и не стал сражаться?

Идет хромец к столице обреченной,
И мечется в отчаянье Москва.
Князь Дмитрий мертв, Василий* удивленно
Для воинов все подобрал слова.
И ждет разгрома юный князь, в тумане
Мерещатся воителя полки.
И лишь Владимир** князя не обманет:
– Мы будем биться, хоть дела плохи.
Легко сказать – навстречу Тамерлану,
А он сильнее будет, чем Батый,
Идут полки, растаяли в тумане
Былые страхи, русский богатырь
Не отступал, но как же с ними биться,
И вот тогда печальная Москва
Отправила к Тимуру царь-девицу,
Княжна София*** с ним в ту ночь была.


Не знал никто, ни наши, ни чужие,
Как эту ночь он проводил без сна,
Молилась в келье снова Евдокия****,
Но истомила дева, и она
Осталась только призрачной наградой,
Не вышел из шатра в тот день Тимур,
Все грезилась в потоках звездопада
Славянка непокорная ему.
Он постоял тогда перед Москвою
В отчаянье и повернул коня.
Владимир и Василий меж собою
Переглянулись, тишину кляня,
Им все казалось, будто буря грянет,
А появилась радуга любви.
Растаял где-то Тамерлан в тумане,
Князья остались в тишине одни.


– Уходит он, – твердили обреченно
И радостно усталые полки.
И это все из-за лихой девчонки,
О, Господи, помилуй и спаси.
Княгиня Софья в монастырь молиться
Отправится, забыв кошмар, туман,
И слышит сказы там про царь-девицу,
Ей снова снится грозный Тамерлан.
Ее Москвы не тронуть обещает,
Он страстен был и нежен в эту ночь.
И лишь звезда Тимура ослепляет,
Так победила Витовита дочь…
Ни муж и ни отец, – никто не знает,
Она в могилу тайну унесет.
И хмурый князь, пируя, намекает,
Что от кошмара чудо их спасет…


Когда мужчины дать отпор не в силах,
Когда беда нависла над Москвой,
Она опять в тумане проносилась.
И уводила в пропасть за собой,
И тот, кто победит в кровавой битве,
Сдается ей, волнуясь и шутя,
И пусть творят легенды и молитвы,
Царь деву победить им всем нельзя.
Наполеон мечтает о Марысе,
И Тамерлан грустит во тьме ночной.
Напрасно тучи черные нависли,
Он с ней сражался снова, не с Москвой..
И воеводы говорят о чуде,
И хмурится устало юный князь.
Не верит, что сражения не будет,
Воитель уходил во тьму, смеясь.

* князь Василий – сын Дмитрий Донского, великий Московский князь

** князь Владимир Храбрый – дядя князя Василия, князь Серпуховской, герой Куликовской битвы

*** княжна Анастасия (в крещении София) дочь литовского князя Витовита, жена князя Василия

**** княгиня Евдокия, жена князя Дмитрия, мать князя Василия, дочь Суздальского князя