Книга Фаворитки, страница 65 – Виктория Холт

— Месье не согласится разлучиться с вами на более долгий срок, мадам, — ответила Луиза.

Генриетта бросила на нее быстрый взгляд, но в этом детском личике не было и следа злонамеренности. «Она еще ребенок», — подумала Генриетта, не отдавая себе отчета, что той было уже двадцать лет — не намного меньше, чем ей самой. Луиза, выглядевшая такой беспечно юной, производила впечатление совершенной невинности. «Надо постараться выдать ее замуж, прежде чем она утратит эту невинность, которая так очаровательна, — думала добрая мадам. — И пусть это будет более счастливое замужество, чем мое, и пусть она сохранит это доверие к жизни до конца своих дней…»

— Мой брат очень ждет этого визита, — сказала Генриетта, и лицо ее смягчилось. — Я не видела его уже несколько лет.

— Я слышала, мадам, что между вами и королем Англии существует крепкая привязанность.

— Это так, Луиза. Мое детство пришлось на такое неспокойное время. Мы мало встречались. Я жила с матерью, бывшей почти приживалкой при французском королевском дворе, а мой брат, король Англии, был странствующим изгнанником. Мы мало виделись, но как ценили мы те редкие встречи! И мы поддерживали нашу любовь друг к другу в письмах. Мы пишем друг другу почти еженедельно. Я считаю, что самыми трудными периодами в моей жизни были те, когда между Францией и Англией не было добрых отношений.

— Вся Франция, и я не сомневаюсь, и вся Англия знают о вашей любви к брату, мадам. А в настоящее время между Англией и Францией все хорошо.

Генриетта кивнула.

— И я надеюсь еще упрочить эти узы дружбы, Луиза.

Луиза знала об этом. Она присутствовала при встречах короля Людовика и Генриетты. Иногда они забывали о ее присутствии. А если видели ее, то, бывало, думали: «А-а, это всего лишь малышка Луиза де Керуаль — милый ребенок, совсем крошка, простушка. Она не поймет, о чем мы говорим».

Так и получалось, что в ее присутствии они раскрывали некоторые секреты, они часто невольно выдавали себя.

Они любили друг друга, эти двое. Людовик женился бы на Генриетте, если бы он не женился на скучной Марии-Терезе еще до того, как Карл Стюарт вернул себе королевскую власть. Луиза слышала разговоры о том, что до того времени мадам была робкой девушкой, которая совершенно терялась на фоне пухленьких бело-розовых красавиц, так нравившихся королю Франции, Но когда ее брат снова занял трон, неловкость и угловатость Генриетты как рукой сняло, и она выпорхнула, говорили придворные, как бабочка из куколки — блестящая, изысканная, самая грациозная, очаровательная, интересная и умная женщина при королевском дворе. Тут-то Людовик осознал, правда слишком поздно, что он потерял; теперь он довольствовался застенчивостью Лавальер и броской красотой Монтеспан, пытаясь восполнить все, что он потерял, упустив мадам.

Все это очень интересовало Луизу, и поэтому она радовалась, когда на нее пал выбор сопровождать ее госпожу в Англию.

Итак, она отправилась с мадам в Дувр; поездка была обставлена с подобающей королевскому визиту пышностью.

Она понимала, что Генриетта тревожилась, и догадывалась, что это связано с договором, к подписанию которого она должна была склонить своего брата.

Людовик уговорил Генриетту это сделать, и Луиза предполагала, что на договоре, который будет подписан в Дувре, король Франции очень хотел иметь подпись короля Англии. Генриетта была в раздумье. Луиза по ее отрешенному виду заключила, что в ней боролись два чувства — любовь к брату и любовь к королю Франции, и Луиза знала, что победила любовь к королю Франции. Несмотря на ее, казалось, бесконечную любовь к Карлу, королю Англии, она старалась ради короля Франции — ради своего любовника.