Книга Королева Шотландии в плену, страница 210 – Виктория Холт

Когда пришло поразительное известие, что королева Елизавета намерена, переодевшись, посетить Четсуорт, Мария призвала к себе своих женщин. Сетон должна сделать ей прическу. Какое платье ей лучше надеть? У нее оставалось совсем немного ювелирных украшений, но придется обойтись тем, что есть.

Сетон сказала:

— Она приедет в своих богатых нарядах, увешенная драгоценностями. Но не бойтесь, мы покажем ей, что вы и в дерюге красивее, чем она в платье из золота.

Мария засмеялась:

— Это неважно, Сетон. Единственное, что имеет значение, — это то, что наконец-то я поговорю с ней. Я уверена, что когда мы встретимся лицом к лицу, я заставлю ее понять.

Они ждали много недель. Но Елизавета так и не приехала в Четсуорт.

Елизавета не чувствовала себя спокойно. Она опасалась, что и в Четсуорте у королевы Скоттов слишком много свободы, и спустя несколько месяцев Мария вновь оказалась в шеффилдском замке.

Бесс вновь была с ними. Казалось, она совсем не изменилась, несмотря на месяцы, проведенные в Тауэре. Лишь в душе ее затаилась злоба из-за того унижения, которое ее заставили пережить.

Атмосфера в доме изменилась, как только Бесс вошла в него. Она ураганом промчалась по помещениям для прислуги, выискивая, что не было сделано.

— Как будто по дому прошелся сквозняк, — сказала Мария Сетон.

Бесс сидела с Марией за вышиванием гобелена. Графиня сказала, что им лучше остаться наедине, чтобы можно было свободнее поговорить; а поскольку Бесс не так давно разговаривала с Елизаветой, Марии очень хотелось услышать ее рассказ.

— Вначале она показала свое недовольство, — сказала ей Бесс. — Но это было недолго. Между нами существует определенная связь, которую она не может отрицать. Когда меня выпустили из Тауэра и она послала за мной, то прежде всего обвинила меня в чрезмерном тщеславии. Я созналась в этом, и она рассмеялась. Она прекрасно знает, что мои амбиции под стать ее собственным. Я была достаточно дерзкой и заявила ей: «Если бы вы, ваше величество, родились простой Бесс Хардвик, а не дочерью короля, то вы постарались бы устроить выгодные браки для ваших детей, если бы они у вас были».

— И она согласилась?

— Не столько на словах, но ее настроение по отношению ко мне изменилось, и мы заговорили о прежних временах.

— Кажется, — задумчиво произнесла Мария, — если только кто-либо сможет поговорить с ней, она готова его понять.

— Она всегда будет понимать только то, что захочет.

— Как вы думаете, у нее есть чувство справедливости?

Этот вопрос заставил Бесс рассмеяться.

— Я всегда знаю, что у нее на уме, — похвасталась она. — Королева-девственница! Вы верите в это?

— У меня нет оснований думать иначе.

— Ха! Посмотрели бы вы на нее рядом с Лестером. Бывают моменты, когда она не может держать руки подальше от него… гладит его по волосам, по руке. Это говорит само за себя. У нее было несколько детей… и не только от Лестера.

— Но это невозможно!

— Елизавете незнакомо слово «невозможно». Неужели вы, ваше величество, никогда не слышали о скандале вокруг Томаса Сеймура? Тогда она была еще совсем девчонкой. Говорят, что у них родился ребенок. О да, я первая могу поверить в это. Но то, что она испытывала к Сеймуру, ничто по сравнению с ее страстью к Лестеру. Фактически он — ее муж… конечно, без церковного благословения. Наша Елизавета не хочет делить с мужчиной трон… только постель.