Книга Граф и Дикарка, страница 27 – Лия Титова

— Да, - призналась она, орудуя ложкой в котелке. – Я и мои кузены, Дункан и Коннор, часто ездили в горы. Иногда даже пытались добраться до истока Нита. Мне приходилось кормить нас. Сами они не стали бы готовить, учитывая, что я была под рукой.

— А вы не боялись так далеко уезжать от дома? – с интересом спросил он.

— Нет, - призналась она. – Эта земля принадлежит Дугласам. Нам ничего не угрожало. Моего отца боятся и уважают. Нас бы не посмели тронуть.

— Я не боюсь его! – небрежно повел плечом мужчина. Он не стал говорить девушке, что производит такое же впечатление на окружающих.

— Знаю, Эдвард, - ответила она, помешивая крупу, которая начала развариваться и набухать в кипящей воде. – Ты бы понравился ему. Ему нравятся гордые и независимые воины, которые не выслуживаются и не стараются угодить ему.

— Он напоминает моего отца, - задумчиво проговорил он.

— А где он сейчас?

— Он умер, - отстраненным голосом ответил англичанин, не посвящая в кровавые подробности его семьи. Все же по его роду нанесли удар, хорошо рассчитанный и болезненный удар, от которого семья будет оправляться долго. Они находились в королевской опале, но все же Генрих не стал полностью обезглавливать древний род, вынудив детей графа делать то, что хотел Тюдор. Эдвард не мог противостоять самому королю, и был вынужден подчиниться.

— Мне очень жаль, - дернулась Мегги, прикусив губу. – Его убили шотландцы? – почти шепотом спросила она, боясь его ответа.

— Нет, - успокоил англичанин. – Твой народ не виноват в его смерти. Генрих Тюдор подписал ему смертный приговор.

— Но почему? – вскинула голову Мегги, не испытывая к мужчине презрения и подозрительности. Она знала, как обманчива и коварна судьба. Короли принимали разные решения, чтобы народ не смел бунтовать против его власти.

— Генрих идет войной против католиков, - признался мужчина. – Мой отец был одним из них.

— Мне жаль, Эдвард, - сжала она его плечо.

— Я уже смирился, Мегги, - ответил он. – Отца уже не вернуть и не воскресить. Давай оставим эту тему.

— Ты прав, - согласилась она. – Садись поближе к огню. Все почти готово.

Мегги поглядывала на мужчину, боясь, что он впадет в депрессию, но этого не произошло. Эдвард умело спрятал свою боль, заставляя смириться с утратой. Тюдоры, как и любые правители, то приближали к себе, то отталкивали. Если приближенные становились опасны в своем знании, их умело убирали. Большая политика и интриги шли рука об руку, и Эдвард радовался, что оказался в своем поместье подальше от Лондона. Они поели в молчании, после такого признания говорить было сложно. Она не лезла ему в душу, давая время прийти в себя. Девушка просто занялась повседневными делами. В ручье она помыла посуду и разложила вещи по местам.

— Иди сюда, - позвал ее Чилтон.

— Зачем? – удивилась она.

— А что ты думаешь сама? – выгнул он бровь.

— Думаю, - сверкнув глазами, проговорила девушка, - тебе придется меня поймать.

— Поймать? – усмехнулся он, придирчиво изучая девушку, которая решила поиграть с ним.

— Конечно, - засмеялась она, уворачиваясь от его протянутой руки. Она не собиралась убегать далеко, все же наступали сумерки, но игривое настроение требовало своего. Ей хотелось намного беззаботности и романтики.

Эдвард легко поднялся на ноги и побежал следом. В прозрачном воздухе разнеслись раскаты мужского смеха, сопровождаемые серебристыми переливами голоса Мегги, когда он быстро поймал ее и закружил девушку, оторвав от земли. В конце концов, они упали на землю, и высокая густая трава скрыла их от любопытных глаз, которых здесь просто не было в помине.