Книга Непреодолимые обстоятельства, страница 50 – Елена Добрынина

А Гюнай оказалась вся в мать — такая же улыбчивая, веселая. Красивые черные волосы струились по ее плечам. А в темно-карих глазах плескался такой же мед, как и во взгляде любимого. На ее поведение и суждения наложила свой отпечаток жизнь заграницей. Но в присутствии брата или родителей ни один человек не мог бы заподозрить какие-то своевольные мысли.

— Мама сказала, что скоро приезжают Хасановы. — Словно между делом спросила Гюнай за ужином.

Лелька не знала, кто это. Но интуитивно почувствовала тревогу и заметила, что Рус едва заметно напрягся.

— Я не в курсе. Спрошу у отца при случае. Как вернулись, я его еще не видел — он был в отъезде.

— Да, я знаю, звонила ему. Он говорил, что в Питере опять дожди. Давно там не была. — Гюнай переключилась на воспоминания о Северной столице. Видимо, в семье Алимовых все любили Петербург. Лельке было, что сказать на этот счет, Питер она и сама обожала. Поэтому, тему для общего разговора — непринужденного и ни к чему не обязывающего — поддержала с радостью.

Посреди вечера Русу пришлось уехать по делам — решать какой-то вопрос в одной из клиник. После его отъезда Гюнай расслабилась.

— Расскажи мне, дорогая, как так вышло, что мой суровый братец потерял голову? — Рассмеялась девушка, а Лелька только плечами пожала.

Она и правда, не знала, как так вышло.

— Правда, Лель, он никогда не был таким влюбленным. А я, поверь, его всяким видела. — Рассмеялась Гюнай.

С ней было легко. И Лелька решила задать вопрос.

— А кто такие Хасановы? — Спросила она, изо всех сил пытаясь сохранять самообладание.

— А, это — друг детства отца. Они живут в Ленкорани, на границе с Ираном. Папа дружит с ним лет с пяти, он и сам из этих мест. Это потом уже бабушка с дедушкой перебрались ближе к Баку. Скоро они должны приехать в Москву. — Беспечно ответила Гюнай.

И Лелька успокоилась.

* * *

Рус вернулся поздно. Уже и Гюнай уехала на такси в их дом за городом, хотя могла бы остаться у брата.

— Не буду вам мешать, — подмигнула девушка Лельке, уходя.

Они очень тепло расстались. Лельке даже показалось, что по-дружески. Ей понравилась Гюнай и особенно приятным было то, что, судя по всему, это было взаимным.

Войдя в тихую квартиру поздно ночью, Рус осторожно прошел в спальню. Лелька убрала со стола и теперь мирно сопела на его огромной кровати. В нем боролись два чувства. Хотелось укрыть ее получше, подоткнуть невесомым покрывалом, а потом гладить по ее шелковым волосам. И одновременно с тем — разбудить, запечатлеть на ее манящих губах поцелуй, раздразнить, воспламенить в ней страсть.

Алимов аккуратно сел на край кровати. Он еще не решил, как поступить. Но матрас скрипнул под тяжестью тела и Лелька открыла глаза, просыпаясь.

— Рус, я уснула. — С сожалением сказала девушка, потирая сонные веки и зевая. — Я ждала, ждала тебя и уснула.

— Я задержался, извини. Как вы тут посидели с Гюнай? Она тебя не заболтала? — Усмехнулся Рустем.

— Нет, что ты! — Спохватилась Лелька. — Твоя сестра очень классная. Она уехала за город, к вам домой.

— Я даже не сомневался, что она не останется. Есть, что перекусить?

— Да, конечно, сейчас погрею. — Девушка живо спрыгнула с кровати и прошлепала в сторону кухни. Волосы, распушенные, водопадом струились по плечам и спине. Рус аж задохнулся.