Книга Дорога радости и слез, страница 162 – Донна Эверхарт

— Отличная мысль. Это очень благородно.

— Ты и вправду так думаешь?

— Само собой. Отстраиваться заново – дело тяжелое. А с твоей помощью народ чуток побыстрее справится.

— Думаю, из этого может получиться что-нибудь толковое. Ну, типа бартера: ты мне, я – тебе. Может, ко мне присоединится твой папа. А еще и Джим Пауэлл. Как считаешь, это твоему папе будет интересно? Или вы снова будете петь?

Джо станет работать вместе с папой? Эта мысль меня удивила.

— Насчет пения – я не знаю, – ответила я. – В последнее время что-то у нас нет настроения петь. А насчет работы с папой, ты лучше его сам спроси.

— А ты? Что ты хочешь делать?

— В смысле?

— Ну какие у тебя планы на будущее? Чем ты займешься через год? Через пять лет?

Я перенесла вес на пятки и задумалась. Вопрос Джо поставил меня в тупик. Будущее лежало передо мной, подернутое туманной дымкой. Я не знала, что меня ждет в дальнейшем. Могла вообразить лишь бесконечно долгое лето. Мне вспомнилось, чем мы обычно занимались с Лейси. Вместе. Мы купались в речке, собирали чернику, помогали маме по огороду, рыбачили в Такасиги. Всякий раз, когда я приходила на речку, передо мной возникал мысленный образ сестры. Как она сидит со скрипкой на Камне желаний и, склонив голову, вслушивается в журчание воды, напоминающее музыку. Мне вспомнилось, как мы раскачивались на старых качелях – залитые солнцем, с грязными ногами, беззаботные, как сама юность. Надо мне за себя взяться. Может, снова пойти в школу, когда ее откроют. Ничего больше в голову не приходило. Мои перспективы на жизнь напоминали погруженный во мрак чахлый сад – унылый, лишенный солнечного света.

— Уоллис Энн? – обратился ко мне Джо.

Я снова принялась скрести сковородку – быстрыми движениями, в которые вкладывала все свои силы.

— Да я особо об этом как-то и не думаю. Просто живу, как могу, вот и все.

Некоторое время Джо молчал. Я посмотрела на его руки: крепкие, мозолистые. Это были руки человека, который, совсем как я, не боится работы.

— Наверное, сейчас было бы правильно тебе сказать, что твою сестру непременно найдут. Но я этого говорить не стану. Я лучше вот что тебе скажу. Надо просто надеяться, хотя бы чуть-чуть. Ну и о себе хотя бы иногда не забывать. Дом видишь?

Я повернулась в ту сторону, куда он указывал.

— Ну да.

— Если ты зайдешь внутрь и закроешь дверь, что ты увидишь?

Я на секунду оставила в покое сковородку, недоумевая, к чему клонит Джо.

— Стены, крышу, пол, – наконец, сказала я.

— А если тебе захочется увидеть то, что за пределами этих стен? Что, если тебе хочется увидеть леса, горы, реки, дали без конца и края?

— Для этого нужны окна.

— Вот именно. Ты видишь окружающий мир через окна. Без них никуда: ты просто таращишься в стенку, и все. Точно так же мы смотрим на мир из глубин своего естества.

Он встал и, прежде чем уйти, на краткий миг коснулся моего плеча. Я долго мыла посуду, размышляя над тем, что услышала от Джо, над тем, что он пытался до меня донести. Скорее всего, он хотел сказать, что я полностью ушла в себя, а это неправильно и надо вспомнить об окружающем мире. Меня это потрясло до глубины души: как же он все так тонко понимает! Солнце село, и лишь полоска неба на закате еще отливала малиновым. Я отправилась домой. Папа с мамой уже собирались ложиться спать, а Джо давно уже ушел.