Книга Незнакомка из Уайлдфелл-Холла. Агнес Грей, страница 198 – Энн Бронте

Я ни словом не обмолвилась с Рейчел о моих подозрениях, но она за пятьдесят лет пребывания в этой юдоли греха и скорби научилась быть подозрительной и чуть ли не в первый день сказала, что «эта новая гувернантка ее не проведет», и вскоре мне стало ясно, что она следит за ней ничуть не менее пристально, чем я. Но это меня лишь обрадовало, потому что я жаждала узнать правду – воздух Грасдейла казался мне невыносимым, и жила я только мыслью об Уайлдфелл-Холле.

Но вот Рейчел вошла ко мне в спальню с таким известием, что мое решение было принято прежде, чем она договорила. Пока она меня одевала, я рассказала ей о своем намерении, о том, в какой ее помощи я нуждаюсь, какие мои вещи она должна упаковать, а что оставить для себя – ведь у меня нет иного средства возместить ей внезапное увольнение после долгих лет верной службы – как ни горько, но ничего другого мне не оставалось.

— А что ты будешь делать, Рейчел? – спросила я. – Вернешься к себе домой или устроишься на другое место?

— Дома у меня, сударыня, нет, а на другое место, если я от вас уйду, устраиваться не стану.

— Но мне теперь нельзя жить на прежнюю ногу. Я должна быть и собственной горничной, и няней моего сына, – сказала я.

— Вот важность-то! – ответила она в волнении. – А убирать, стирать, стряпать сами будете? Нет уж, без меня вам не обойтись. Про жалованье и не думайте – у меня какие-никакие сбережения, а есть. Коли ж вы меня не возьмете, придется мне их тратить на жилье и еду, не то идти на чужих людей работать. Только к этому я непривычная. Вот вы и решайте, сударыня! – Голос у нее задрожал, на глаза навернулись слезы.

— Мне бы, Рейчел, этого хотелось больше всего на свете, и я бы платила тебе, сколько могла, столько, сколько платила бы простой служанке, если бы ее взяла. Но разве ты не понимаешь, что я потащу тебя за собой вниз, хотя ты этого ничем не заслужила!

— Полно вздор-то городить! – перебила она.

— Ну, и, наверное, жить мне придется совсем по-другому, совсем не так, как вы все привыкли…

— Вы что же, сударыня, думаете, мне того не стерпеть, что моя хозяйка терпит? Да неужто я такая разборчивая и привереда? Даже барчук наш не такой, благослови его Господь.

— Но ведь я молода, Рейчел. Мне привыкнуть будет нетрудно, а Артуру тем более.

— А мне и подавно. Не такая я уж старуха, чтоб бояться простой еды да работы, когда могу помочь тем, кого, как родных детей, люблю. Старовата я, чтобы их бросить в беде, а самой по чужим людям мыкаться.

— Так и не надо, Рейчел! – воскликнула я, обнимая и целуя моего верного друга. – Поедем все вместе, а потом ты посмотришь, как тебе подойдет новая жизнь.

— Да благословит тебя Бог, деточка! – сказала она, ласково целуя меня в ответ. – Дай только нам выбраться из этого скверного дома, и мы на славу заживем, вот сама увидишь.

— И я так думаю, – поддержала я ее, и все было решено.

В то же утро с первой почтой я отправила Фредерику несколько торопливых строк с просьбой тотчас приготовить убежище для моего приезда, так как, возможно, письмо это опередит меня всего на день, и в двух словах объяснила ему причину такой внезапности. Затем я написала три прощальных письма. Первое – Эстер Харгрейв. Я сообщила ей, что не нахожу возможным ни жить в Грасдейле, ни оставить моего сына на попечение отца, а так как крайне необходимо, чтобы наш будущий приют остался неизвестен ему и его приятелям, я открою эту тайну только моему брату, с чьей помощью, надеюсь, поддерживать переписку с друзьями. И, приложив адрес Фредерика, умоляла ее писать почаще, затем повторила прежние советы касательно собственной ее судьбы и с нежностью простилась с ней.