Книга Таша из рода Ратингеров, страница 17 – Евгения Кобрина

— Твоя скромная и тихая дочь показала коготки, — усмехнулся Хьюго. — Вся в мать.

Амелия возмущенно посмотрела на него, но обратилась к дочери:

— Таша, девочка моя, сейчас же мне все расскажи.

* * *

— С этим надо что-то делать, — сказала Амелия, удобнее устраиваясь на груди у Хьюго. Мужчина был умиротворенным после занятия любовью, а значит, самое время для непростого разговора. — Твоего сына надо чем-то отвлечь.

— И чем же? — усмехнулся барон, перебирая волосы любимой женщины. — Погремушкой у него перед носом позвенеть? Поверь, твоя Таша будет поинтересней любой погремушки.

Амелия ткнула его локтем в бок:

— Не смешно. Если ты не вмешаешься, случится беда.

— Брось, Амелия. Ну какая беда может случиться? Ну зажал он девчонку в углу, украл парочку поцелуев. Дело-то молодое.

— Молодое? Ты говоришь о моей дочери! — Амелия села в кровати и прижала простыню к обнаженной груди: — Барон Хьюго, не смейте так говорить о моей дочери. Вы обещали мне…

— Ну все, все, успокойся, моя тигрица, — привлек мужчина к себе Амелию и нежно обнял. — Ну хочешь, я отошлю Никэля куда-нибудь на месяц-другой? Нагуляется и вернется поостывший.

— Хочу, — кивнула женщина и тихо добавила: — А еще лучше его женить.

— Женить?

— Да, Хьюго, женить, — загорелась этой мыслью Амелия. — Самое время и возраст у твоего сына подходящий. А при молодой да красивой жене никто налево не смотрит. Есть у тебя на примете подходящая девушка?

Хьюго задумался. Невест в округе было достаточно, но захочет ли Никэль променять воспитанную, образованную, благородную дочь графа, пусть и лишенную всех титулов, на местных девчонок? Об этом надо было хорошенько подумать. Хорошенько.

* * *

Таша резко проснулась и сразу поняла, что больше не одна в своей маленькой спальне. Она медленно натянула одеяло повыше и села в постели. Никэль сидел на стуле возле стены и смотрел на неё. Из одежды на нем были только штаны, а в руках полупустая бутыль с элем. Таша затаила дыхание: волнение и страх забрались под кожу. Опасная для неё смесь. Она разлепила вмиг пересохшие губы и тихо попросила:

— Пожалуйста, не надо.

Он отпил из бутылки эля и поставил ту на пол:

— Что не надо, Таша? Почему ты всегда уверена, что знаешь, что я хочу сделать? Думаешь, все про меня ведаешь? Да?

— Нет.

— Нет, — медленно повторил он. — Что с тобой не так, Таша? Почему ты такая холодная со мной? Разве я чем-то обидел тебя? Унизил? Оскорбил?

— Нет, ваша милость.

— Не называй меня так! — резко оборвал он. — Назови меня по имени, — она молчала. — Ну!

— Мне не положено, — тихо молвила девушка.

— Назови.

— Это приказ?

Никэль прищурился:

— А если прикажу, подчинишься?

Они оба знали, что он говорит не об имени. Таша сжала пальцами колени и тихо спросила:

— Много радости вам принесет моё вынужденное подчинение?

Никэль резко поднялся и уже через секунду крепко держал её за плечи:

— Как складно ты поешь. Вас, знатных леди, этому обучают, да? Морочить голову мужчинам складными речами?

Таша прикрыла глаза, удерживаясь на грани паники:

— Нет.

Он тряхнул её:

— На меня смотри! — Таша распахнула глаза, в которых страх смешался с горечью. Эта смесь вмиг охладила Никэля, он привлек девушку к себе, нежно гладя по волосам и спине:

— Испугалась? Нет, не бойся меня, не бойся. Девочка моя, милая. Я тебя не обижу. Никогда не обижу, — мужчина стал целовать Ташу по волосам и открытым плечам, распаляясь её податливостью: