Онлайн книга «Звезда Давида»
|
— Поздно уже, вьюноша. Другим голова занята. Семья, дети, хозяйство. — Вовсе не поздно, Богданка. Станешь житным человеком, много знать будешь. Уважать будут, не то что сейчас. Можно и в Новгород переехать. — Ты молодой, тебе можно, а куда мне со всем семейством? Трудное то дело. — Я ж не новгородец, – заметил Егор. – Правда, сам не знаю, где моя родина. Мальцом ещё подобрали меня и привезли в Хлынов. Когда то было, Богдан? — Да больше десяти лет будет, парень. Помню тебя. А ты что помнишь из своей младенческой жизни? — Ничего интересного. Бродяжничал, побирался, в монастыри захаживал. От мора по лесам прятался и голодал. Потом меня взяли сюда. Тут прижился. Помню, что жил где-то на полдне. Да никак не могу вспомнить. Лишь много тепла летом помню. И яблоки вкусные такие… Здесь ничего такого нет. Вот где мы сидим, чуть похоже, как в детстве. Хорошо б узнать свою родину. — А я из Новгорода ушёл сюда искать добра и жизни вольной. Нашёл… Разговор вскоре заглох. Усталое тело требовало покоя и сна. А завтра заново ворочать тяжёлые весла и тянуть, тянуть… Знающие люди заметили через пару дней, что вблизи, за большим длинным островом, находится Сарай-Берке[6]. Его тайно прошли ночью. Даже два раза слышали отдалённые голоса людей. Рыбаки, наверное. Рыбалка здесь оказалась знатная. А к обеду был дан приказ остановиться на отдых. Да и то, всю ночь гребли, а течение в Ахтубе слишком слабое, чтобы быстро спускаться вниз по реке. К тому же иногда одна-две лодки садились на мель, приходилось всем миром стаскивать их на глубину. И всё же осторожно, но продвигались вниз. Атаманы говорили, что цель похода близка. Конная разведка изредка доносила, что кругом довольно спокойно и угрозы пока нет. Наконец по каравану оповестили, что завтра перед рассветом должны выйти к Сарай-Бату[7], тихо, быстро снять охрану и ворваться в город. Для этого необходимо незаметно высадиться по протоке, в отдалении от города, и пешими нападать со всей отвагой и натиском. Воины тут же стали готовить оружие, доспехи, запас тряпок на случай ранения. И Егор не отставал в этом. Но внутри нарастали беспокойство и тревога. Сердце не успокаивалось до самой ночи, а потом он никак не мог заснуть и лежал на грузе в окружении таких же ушкуйников, что не могли заснуть, волнуясь и переживая. Ближе к полуночи все лодки тронулись на вёслах к Сарай-Бату. Шли тихо. Никто не смел разговаривать, слышалось лишь тяжёлое дыхание гребцов и тихий всплеск речной воды под вёслами. Путь оказался дальним, некоторые сомневались, что поспеют к рассвету. А он уже засветился неясной полосой поверх зарослей левого берега Ахтубы. Однако среди воинов находились знающие, бывалые люди. Расчёт был точным, и вскоре показались редкие огни города. По лодкам прошёл приказ. Несколько малых лодок-челноков прытко понеслись дальше. Тридцать воинов почти без шума сняли стражу, дремавшую у ворот. Раздался свист – сигнал, что путь открыт. Ушкуи стремительно ринулись к городу. Передние уже высадили десант. С воем и грохотом барабанов ушкуйники ворвались в улочки города. Жители в ужасе разбегались, их секли саблями, рубили топорами и кололи пиками. Тут же большой отряд бросился к ханским строениям. И лишь успели заметить, как большая группа всадников умчалась к броду, стремясь поскорее вырваться за пределы городских стен и скрыться. |